Его любимая кукла

Или, наоборот, слишком правильно, но совершенно неуместно в сложившихся обстоятельствах.

Эта мысль навязчиво билась в висках Романа, пока он сидел перед столом, на котором совсем недавно находилась Арина, отдававшаяся ему так, что теперь сложно было говорить себе, что она – только вещь, которую он купил. Что сможет избавиться от нее безболезненно, когда их сделка перестанет устраивать его. Или её. А теперь вдруг понял, что нет – не сможет. Что несмотря на твердое намерение держать между ними дистанцию и исключить все контакты, за исключением сексуальных – она уже оказалась ближе к нему, чем он то планировал.

Потому что в своих расчётах совершенно не предполагал, что она будет хотеть его настолько, что станет умолять войти в нее. Что сможет возбуждаться от него – инвалида – так легко. Что станет отдаваться столь эмоционально и чувственно, что не откликнуться на это казалось просто невозможным.

Упираясь ладонями в край стола, словно искал в нем опору, неожиданно захваченный противоречиями Королёв вдруг вспомнил о том, как однажды вскоре после развода снял себе проститутку. Думал тогда, что это самый простой способ удовлетворить банальные потребности. А потом чувствовал себя бесконечно мерзким и грязным, потому что все в той женщине под ним было насквозь фальшивым – движения тела, стоны, взгляды… С Ариной же все было не так. И это уже рушило его первоначальные установки.

Возможно, их связывало только общее притяжение. Желание. Страсть. И ничего кроме. Но это уже было больше, чем он мог себе позволить. Хотя понимал сейчас, что меньшего не принял бы тоже. Что если бы Арина вела себя как та шлюха – он потерял бы к ней интерес после первого же раза. Но все было иначе. И это чертовски усложняло то, что совсем недавно казалось простым.

Возможно, ему стоило ограничить ее услуги только посещением спальни и не прикрывать банального траха должностью помощницы по совмещению. Не завтракать с ней за одним столом. Не ходить в рестораны и прочие людные места, где их могли видеть люди из его и ее прошлого, которые будили внутри слишком много лишнего. Потому что когда она сидела с ним рядом за столом – это казалось слишком закономерным и привычным, слишком опасным. Потому что когда видел рядом с ней другого мужчину – ощущал, как внутри просыпается животная ревность. И потому что теперь четко понимал, что расстаться с ней будет гораздо сложнее, чем он себе воображал. Но сделать это рано или поздно придется.

Ведь даже то, что Арина, несомненно, хотела его – а за деньги невозможно изобразить такое вожделение, он знал это – не означает, что она захочет остаться, когда их сделка подойдёт к концу. А потому ему лучше было бы поберечься. Или наоборот – сделать все, чтобы она не захотела уйти? Он не знал.