9
0Похоже, та легендарная кошка, которую сгубило любопытство, была анимагом и состояла с Малфоями в родстве. Иначе откуда у меня такой нездоровый интерес к чужой личной жизни? Но, как гласит народная мудрость, назвался Дамблдором — жуй лимонную дольку. Я осторожно выглянул из-за угла.
Гостиная погружена в полумрак, и только огонь камина освещает небольшое пространство. Они сидят на ковре в этом светлом пятне, почти как тогда в Астрономической башне. Кутаются вдвоем в один плед, и даже садовому гному понятно, что они не одеты. Плед мал для двоих, и Грейнджер постоянно натягивает его на босые ноги. Из-за этого плед сползает с голых плеч Поттера, открывая исполосованную старыми шрамами спину. Да, бывший начальник Аврората в кабинете явно не отсиживался… Поттер недовольно ворчит, поддергивает плед обратно, отчего снова обнажаются ноги Грейнджер, она опять тянет плед на себя…
— Гарри, я…
— Послушай ты меня хоть раз в жизни, а? Мы не дети с тобой, да и не очень счастливые взрослые. Мы с тобой, два принципиальных дурака, последние три года упорно «просто дружим». Произошло то, что давно должно было произойти.
— Гарри, мы…
— Да не перебивай ты меня, я сам собьюсь! Боишься потерять дружбу? Не боись, не потеряешь, она у нас за двадцать лет в спинной мозг въелась…
— Гарри, я не хочу…
— И я не хочу. Ни пламенной любви, ни неистовой страсти, ни розовых лепестков вместо простыней. Я тепла хочу и покоя. Хочу, чтобы со мной рядом была нормальная женщина, с нормальными мозгами и нормальным характером.
— Где ты тут видишь нормальную женщину?
— Я как будто вымерзаю изнутри, Гермиона. Хочу согреться.
Я ожидал, что Грейнджер в лучших традициях своей фирменной язвительности предложит Поттеру поискать другую кандидатуру на почетную роль грелки. Но Героиня войны только тяжело вздохнула:
— Я тоже, Гарри, я тоже…
— Но?
— Гарри, я спала с твоим преподавателем, с твоим лучшим другом и твоим злейшим врагом, не считая случайных связей. Нужен тебе такой секонд-хэнд?
Поттер беззаботно хохотнул:
— Тебе моих любовниц перечислить?
— Уволь.
— Правильно. Всех я и сам не вспомню.
— Ну давай еще сравним, кто больше блядовал…
— Ты проиграешь.
— Хорошо бы…
Смеются тихо и невесело.
— Все равно это как-то… странно…
— Брось ты, ничего странного. Нас с тобой с третьего курса в постель укладывают. Надо же наконец оправдать ожидания читающей публики…
— Надеюсь, теперь старая навозница Скиттер сдохнет от удивления.
— Не упоминай всуе. Я от одного ее имени сыпью покрываюсь.
Снова смеются, теперь немного радостнее.
— Кстати, эта девочка, Санни, с Хаффлпаффа…
Напрягаюсь.
— Приглядись к ней повнимательнее. Удивительное создание. Столько тепла, столько света… А глазенками как уставится — и будто насквозь тебя видит.
