Дурная слава

Гай де Бошан покинул парламент неделю назад и вернулся в Уорикшир. Поверь, нет никаких шансов, что ты станешь графиней Уорик.

Слова «никаких шансов» колоколом прозвучали у нее в голове. Мысль о том, что ею пренебрегли, была слишком горькой, чтобы на ней задерживаться. Джори смотрела прямо перед собой, надеясь, что ее застывшее, как маска, лицо не выражает никаких чувств.

– Марджори, мы с Линксом отправляемся во Францию на войну. Наш долг – устроить твою судьбу прежде, чем мы покинем Англию.

У Джори сдавило сердце.

– Мы оба убеждены, что союз с Хэмфри де Боуном является для тебя во всех отношениях прекрасной партией. Граф Херефорд заменит тебе отца, а его сын станет достойным мужем. Могу я сообщить им, что ты согласна?

– Нет! Нет! Я даже не знаю Хэмфри де Боуна.

– Это легко исправить. Знаешь, что я тебе скажу… Завтра парламент закроется, так почему бы тебе не остаться на пару дней в Вестминстере, чтобы лучше с ним познакомиться? Если и тогда ты все еще будешь так отчаянно возражать против де Боуна, что же, я передам ему твои сожаления.

– Я, я не знаю… Мне надо время подумать. Я возвращаюсь в Кларкенвелл. – Джори заметила разочарование на лице дяди. – Обещаю, дядя Джон, я обдумаю то, что вы мне сказали. Но, пожалуйста, не огорчайтесь, если я не сумею заставить себя это сделать.

Джори проглотила комок в горле и опустила голову.

Глава 9

Когда Джори вошла в обеденный зал Вестминстерского дворца, он не был переполнен. Многие графы и бароны уехали готовить своих людей к войне во Франции или к усмирению мятежа в Уэльсе.

Джори смотрела, как новобрачные Джоанна и Гилберт усаживаются на помосте рядом с королем. Наверняка он пригласил их, чтобы посмотреть, как чувствует себя в браке его дочь. Кроме того, Джори увидела, что граф Херефорд поместился рядом с ее дядей. Сама она села около Линкса и его жены, у самого помоста, и слегка покраснела, когда заметила, что братья де Боуны сидят напротив. Нервы ее были на пределе – она решила сразу после обеда подойти к графу Херефорду и самым мягким способом сообщить ему, что не может выйти замуж за его сына Хэмфри.

Наконец бесконечная трапеза кончилась, слуги начали убирать со стола, гости поднялись и разбрелись кучками по залу. Джори собрала все свое мужество и двинулась к Джону де Боуну, который сидел на помосте. Сделав изящный реверанс королю, она повернулась к констеблю:

– Милорд граф, позвольте мне сказать несколько слов наедине.

Херефорд широко ей улыбнулся:

– Леди Марджори, мое сердце переполнено радостью и гордостью оттого, что вы дали согласие выйти замуж за моего сына Хэмфри. Клянусь, я стану считать вас своей любимой дочерью. – Он обнял ее огромными руками и поцеловал в щеку.

Джори открыла от удивления рот, но не смогла произнести ни звука. Она словно онемела.