Древняя штучка

– Какой еще сюрприз? – насторожился Стас.

– А такой: их хитрость не сработала, и им придется держать ответ. Хотя они пока еще уверены в обратном.

– Ну, и что же ты напрямую не сказал об этом Луизе?

– Почему не сказал? А я не любитель голословных обвинений. Знать, что человек совершил что-то нехорошее, – это одно, а вот иметь возможность аргументировать свою точку зрения чем-то конкретным – совсем другое. Поэтому, почтеннейший, нам нужны факты, и мы их будем искать. Ну что, едем к родне профессора? Ты к кому хотел бы: к сестре Дорынова или к его племяннику?

– Судя по годам профессора, его сестра уже глубокая бабушка. Вот ты к ней и езжай! – великодушно объявил Стас. – Мне интереснее общаться с молодежью. У людей в годах есть один большой недостаток – прежде чем рассказать о той же погоде, они обязательно предварят это повествованием из своей прошлой жизни. А у молодых все короче и проще: да? Да. Нет? Нет. И – все. Без мороки и канители.

– Ну, хорошо… Поехали! Только сделаем так… Ты меня отвозишь, сам отправляешься по своим адресам, а я потом вызову себе машину из «конторы». Ну, чтобы тебя не гонять взад-вперед.

– Нормально… Если что – созвонимся! – Крячко дал газу, и его «мерин» вновь покатил по столице.

Татьяна Тимофеевна Бурлакова, сестра профессора, проживала в уже видавшей виды девятиэтажке, правда, в чем ей повезло, – на первом этаже. Узнав о том, что к ней пожаловал сотрудник уголовного розыска, пенсионерка не на шутку встревожилась.

– Я всегда знала, что Аркаша делает большую глупость, связавшись с этой хитрозадой прохиндейкой! – объявила она, ставя на стол чайный прибор. – Присаживайтесь, Лев Иванович, я вам о ней сейчас все расскажу…

За чаем Татьяна Тимофеевна и в самом деле поведала немало интересного. По ее словам, знакомство Дорынова и Луизы было вовсе не случайным. Еще когда была жива супруга профессора, они вдвоем ездили отдыхать в Сочи. И вот там, а не на семинаре по скифской культуре Дорынов впервые столкнулся с Луизой. Она в ту пору была ресторанной певичкой, да еще – в чем Татьяна Тимофеевна была уверена – подрабатывала «ночной бабочкой». Как рассказывали их общие знакомые, ставшие случайными свидетелями разговора супругов (в тот санаторий очень часто ездили отдыхать профессора и академики), жена профессора высказывала мужу претензии за его излишне пристальные взгляды в сторону ресторанной эстрады. Но особенно ее задело то, что певица, расхаживая по залу во время исполнения какого-то шлягера, провела ладошкой по его плечу, а он отреагировал на это излишне оптимистичной улыбкой."

"– В тот день они крепко поссорились… – вздыхая, говорила сестра профессора. – Хотя до этого жили – всем на зависть, душа в душу.