Дрейф

Отдаленно они напоминали ножки от табуретки — каждый цилиндрик имел с одной стороны вваренный болт, с другой — круглое отверстие с внутренней резьбой.

Павел сглотнул. Про себя он невзначай подумал о каркасе туристической палатки из полипропиленовых труб, которая у него была в студенческие времена…

«Сейчас она изобьет тебя до смерти этими штуковинами. Или соорудит из них длинную хрень, вроде спиннинга, а потом засунет ее тебе в задницу… — предположил внутренний голос. — Сделает из тебя шашлык-машлык»

— Веста, к… какого черта?! — заикаясь, спросил он.

— Перестань ругаться, — одернула мужа Веста.

Она вкрутила по штырю в палубу, в те самые стальные «гнезда», после чего принялась по очереди ввинчивать на каждый из них остальные. Таким образом она вскоре нарастила штанги с обеих сторон.

— После каждой такой игры молодой человек шел к фортепьяно. И если эксперимент с животными удавался, музыка сама струилась из-под его пальцев, — сказала Веста. — Удачная игра на вазах означала колоссальное вдохновение. И, как следствие, прекрасный результат на музыкальном поприще.

Она снова полезла вниз."

"«Полюбуйся на закат», — вспомнил ее слова Павел и, судорожно вздохнув, посмотрел на океан.

Распаренное, сонное, нагревшееся за день малиновое солнце висело над линией горизонта. На морской глади вспыхивали алые отблески небесного светила, увеличиваясь с каждой секундой — казалось, солнце сочилось кровью, которая медленно, но неуклонно разливалась по океану.

Веста выкарабкалась наверх, тяжело дыша. Ее щека была перепачкана пылью, на лбу выступили блестящие горошины пота.

— Без Сережи это стало трудновато, — пропытхтела она, с лязгом выкладывая на палубу длинный шест, местами покрытый ржавчиной.

В другой руке она держала два мотка толстой проволоки, на концах которой болтались массивные карабины. Размотав проволоку, она ловко закрепила ее на верхних концах штанг, после чего принялась растягивать их в противоположные стороны.

«Она делает эти гребаные стойки более устойчивыми, — промелькнула у Павла мысль. — Зачем?!»

Тем временем Веста, сопя от напряжения, защелкивала карабины на палубных кнехтах. Проволока буквально звенела от напряжения, как туго натянутая тетива.

Затем Веста слегка толкнула одну из штанг, как бы проверяя ее на прочность. После этого она подняла тронутый ржавчиной шест и, повертев его в руках, аккуратно положила его на штанги, в полуовальные выемки. Из кармана штанов женщина выудила длинные винты и с помощью отвертки намертво закрепила шест к стойкам. Получилось нечто вроде широкого турника.

Павел плотно сжал обветренные губы.

«Угу, — кольнул знакомый голос. — Только турник ровный и гладкий. А тут… Посмотри внимательно».

Но Павел не хотел смотреть.