8
0"
"Если Селиг все еще и желал мести, хотя почему-то он все реже думал об этом, никто, кроме них двоих, не должен знать этого. Но чем больше проходило времени, тем меньше оставалось в Селиге горечи и гнева. Вместо этого к нему возвращалось добродушие и хорошее настроение. Он даже мог искренне забавляться взрывами вспыльчивости Эрики и гораздо больше веселился, поддразнивая ее, грозя всяческими карами, чем самим наказанием.
И сейчас, наблюдая, как Эрика поднимается по ступенькам в сопровождении одной из женщин, он неожиданно обрадовался, что не спрятал лестницу за стеной, где ее невозможно было увидеть из зала. Чуть приподнятая юбка обнажала тонкие щиколотки, а раза два даже мелькнули стройные ножки, которые в тот день едва не обвились вокруг его бедер.
Эрика оказалась женщиной страстной, легко загоравшейся от прикосновения мужчины. Интересно, сколько мужчин, кроме него, обнаружили это? Подобная мысль неизвестно почему привела его в бешенство.
– Так ты женился из-за мести или потому, что желал ее? – ехидно осведомился Ивар, видя, что друг не может оторвать глаз от Эрики. Селиг смутился, застигнутый врасплох и еще больше от того, что ничего не смог ответить Ивару. Он просто не знал, что с ним творится. Подумать только, подглядывать за собственной женой.
– Муж тебе безразличен?
Эрика невольно застыла, услышав лениво-пренебрежительный голос, отвлекший ее от созерцания большой кровати, привезенной, как она узнала, вместе с другой мебелью из Хедебю. Но эта кровать, которой не погнушался бы и лорд, была не единственной вещью, подсказавшей Эрике, что она находится в покоях Селига.
Его сундук уже был привезен из Уиндхерста слугой, а в нем, кроме одежды Селига и платьев Кристен, лежали эти проклятые цепи.
Голда велела Мэгги проводить госпожу в спальню мужа, но вмешалась Лида и заявила, что сама сделает это. Никто из них не возразил, хотя Эрике следовало бы понять, что женщина, подобная Лиде, ничего не делает просто так и ее мотивы легко угадать. Но сейчас, услышав нахальный голос, Эрика вовсе не собиралась спускать наглой рабыне.
– Твой вопрос чрезмерно дерзок, девушка, – резко одернула ее Эрика.
– Ни для кого не секрет, что ты равнодушна к нему, – ничуть не смутившись, продолжала Лида, почти мурлыча. – И все знают, что его заставили жениться на тебе.
– Его заставили?! Если кого и… Эрика тут же осеклась, обозлившись на себя за то, что так легко попалась на удочку. Она не позволит себе обсуждать мужа с этой женщиной. Но тут ей на ум пришла другая причина неожиданной смелости Лиды:
– Мой брат, Рагнар, был здесь вчера. Он успел поближе познакомиться с тобой?
– Нет. Я берегу себя для Селига.
Лицо Эрики вспыхнуло.
