11
0
Берест присел рядом и, едва не дыша Антону в лицо, прошипел:
— Не смей подыхать, гаденыш!
Паха разжал окровавленные пальцы Антона и приложил тряпицу к ране. Пришедший откуда-то сбоку звук заставил обоих синхронно повернуться.
В тридцати шагах, взрыв толстый слой грунта, открылись металлические створки. Коротко прогудев, наружу выдвинулся подающий суппорт с лазерной турелью. Раздался нарастающий присвист — скрытые под поверхностью генераторы начали накачку энергии. Короткий конус лазерного орудия налился густым, багровым светом.
Берест, не отводя взгляда от непонятно устройства, медленно поднялся. Целая гамма чувств отразилась на лице. Злость, непонимание и, наконец, суеверный страх — почти полузабытое чувство. Скорее непроизвольно, он потянул из ножен на поясе клинок.
Короткий росчерк ударил ярко-красной иглой, полоснув его по груди. Берест вздрогнул, выпучил глаза и наклонил голову. Мгновение — и верхняя часть туловища, отрубленная лазерным лучом, тяжело рухнула в траву. Безобразный обрубок человеческого тела, простояв еще пару секунд, упал следом.
Страшная картина, способная свести с ума кого угодно, прошла где-то по периферии опустошенного сознания Маркова — никаких эмоций. Противный запах сгоревшей человеческой плоти коснулся обоняния, и приступ неконтролируемой рвоты согнул Антона в дугу."
"Тотемный столб, перерубленный лазерным ударом, словно тонкая ветка, рухнул с глухим звуком. Сухое дерево мгновенно занялось золотистыми язычками пламени, потрескивая и обдавая жаром.
Паха, не в силах сделать ни единого движения, переводил полный ужаса взгляд с обезображенного трупа товарища на странное устройство, сеющее смерть, и обратно. Сознание упрямо отказывалось воспринимать реальность.
Ступор сковал тело. Даже закричать не получилось — из горла вырвался лишь сдавленный хрип.
Страх все же придал сил. Вскочив, Паха попытался бежать, но ноги предательски подогнулись, и он рухнул лицом в траву. Подняться он успел только на колени. Лазерная турель, взвизгнув приводом, развернулась, разрядившись ярко-красной иглой когерентного света.
Мертвое тело повалилось навзничь. На лице Пахи застыла гримаса удивления — во лбу исходило дымком аккуратное отверстие.
Марков не видел этого. Сознание плавало на зыбкой грани кошмарной действительности и спасительного омута небытия. Словно насмехаясь, оно стало выхватывать из реальности мелкие подробности. Скорчившись на залитой кровью траве, Антон увидел, как, дрогнув, пришли в движение древние ворота Святилища. Темная кайма по краям створок осыпалась облачком серого праха. Изнутри пробился свет — странный, тревожный и прерывистый.
Раздался звук тяжелых шагов, и на пологий пандус выбрался технический андроид.
