Дочь прокурора

Я перестала слушать почти сразу. Думала о том, что сейчас вместо того, чтобы сидеть здесь и чувствовать себя не в своей тарелке могла бы проводить вечер в компании Амира. Бросила взгляд на часы - девять вечера. В приглашении стоит время на семь, значит он уже на месте. Интересно, поняв, что я не прийду, мужчина нашёл мне замену?

Эта мысль отдалась непринятием внутри меня. Знаю, это глупо, и такой мужчина, как он не будет ждать пока я решу свои дела. Умом я понимаю, что это будет нормально с его стороны познакомиться с кем-то сегодня.. Умом да, но эгоистично не хочу этого.

- Лий, убери со стола и принеси нам десерт, будь добра, - слова отца прорвались сквозь рой моих тяжёлых мыслей, - пусть мама отдохнёт.

- Конечно, - встав, я собрала тарелки и унесла их на кухню."

"Достала из холодильника торт, вынула десертные тарелки и обернулась в поисках вилок. Вероятно, мама их заранее достала, потому что в ящике на месте их не было.

Вот только обернувшись, наткнулась не на вилки, а на Никиту, лениво вошедшего на кухню.

Мгновенно почувствовала, как цепенею. Мышцы напряглись, внутренне подобалась и приготовилась защищаться.

Схватила тарелки и хотела пройти мимо, как он преградил мне дорогу.

- Ну, привет поближе.

- Уже здоровались. Дай пройти.

- А ты дашь?

- Что тебе дать?

- То же, что и в прошлый раз.

Ярость, совместно со смущением и отвращением к самой себе вспыхнула подобно ядерному взрыву.

- В прошлый раз ты взял сам.

Никита потянул на себя тарелки в, которые я цепко вцепилась пальцами.

- Сюда дай, иначе разобьём.

- Отпусти! Мне нужно отнести их.

- Сюда сказал, дай, - рявкнул полушепотом он.

Я разжала пальцы и собиралась быстро схватить торт, но Никита оказался проворнее.

- Не трогай меня, - я выдавила сквозь зубы, крепко сжимая ноги, потому что прекрасно знала, что он захочет сделать.

- Да ладно, не делай вид, что не скучала, - второй рукой он больно сжал мои скулы, - знаю, что хотела ещё.

Я дёрнула головой.

- Нет! Я и тогда не хотела! Я говорила тебе!

- Кончила и не хотела? - хохотнул он, а меня затошнило.

От безысходности на глаза слезы навернулись.

- Не хотела! Никогда! Я сдохнуть хочу, когда ты меня трогаешь!

Ненавистное лицо исказилось гримасой злости.

- Сука ты, Игнатова! Ещё и лживая сука! Баба не кончает, когда этого не хочет!

Кончает, по себе знаю.

А потом этот ублюдок впился в мои губы своими и коленом начал расталкивать ноги. Я замычала, крепко сжимая губы, потому что не могла позволить случиться этому снова. Я не выдержу ещё одного позорного раза.