Девочка-Табу

Стоит подумать, что хуже быть уже не может, как на третьем платье заедает молния. Чуть не плачу от отчаяния. Ну за что мне все это! Ни туда, ни сюда, я застряла! Модель очень красивая, благородный песочный цвет, струящаяся ткань. Очень страшно испортить, но и вылезти из него не получается.

Надо звать на помощь девушку консультанта, а я все оттягиваю этот момент, переживая, что услышит Валиев и не упустит случая поиздеваться.

— Ты чего там затихла, Айдарова? Живая вообще?

Черт, черт!

Мои худшие опасения сбываются, Руслан заглядывает в примерочную!

— Выйди, — выдыхаю со стоном. — Лучше продавца позови…

— Я уж подумал, что тебя снова похитили, — качает головой. — Что случилось? В платье застряла? Не переживай так, милая. Я же говорил, что ты можешь пользоваться бассейном? Ну вот, а ты даже не спустилась, не оценила. Там и спортзал есть, где можно сжечь лишние калории.

О да, Руслан отрывается на полную катушку, острит вовсю, выставляя меня толстой.

— Молния кажется сломалась, — цежу, вне себя от злости. Считаешь себя самым остроумным, да? Уйди отсюда! Позови уже одну из своих девиц!

— С чего это они мои? — новая ослепительная улыбка.

Вместо того чтобы уйти, Руслан делает шаг ко мне.

Я должна была ожидать такого развития событий, но все равно, не успеваю собраться. Меня встряхивает, до мурашек по спине.

Его энергетика окутывает и давит.

Невыносимо, когда он так близко. Поворачиваюсь боком к нему, лишь бы как-то дистанцироваться.

К моей полной неожиданности, Руслан проводит по моей спине кончиками пальцев. Останавливается у края молнии, как раз там, где возникла проблема.

Мне кажется, или его дыхание становится тяжелее?

Я так уж точно на грани обморока.

Меня пронзает странный спазм, от макушки до пальцев ног. Замираю, шокированная тем, насколько собственное тело выходит из-под контроля.

— Отпусти меня… — вырывается слабая мольба.

— Хватит трепыхаться, птичка, — произносит хрипло.

Несколько движений и платье падает к моим ногам. Понимаю, что осталась перед Русланом в одном белье. Обхватываю себя руками.

— Тебе не надоело унижать меня? — мой голос дрожит.

— Ты придумала себе, что это унижение, — отвечает равнодушно.

Подходит еще ближе, совсем вплотную. Обхватывает мои подбородок. Пытаюсь отвернуться, но он сжимает крепче, больно.

— Уж прости, милая, но я не верю твоим горящим глазам и раздувающимся от негодования ноздрям. Прямо один в один норовистая лошадка, — посмеивается, довольный сравнением."

"— Да ты прямо поэт.

— Изредка, бывает. Так вот, я почему-то уверен, что все равно в глубине души ты отчаянно ищешь сильного самца, которому жаждешь покориться. Стать послушной и милой.

— Думаешь, ты тот самый самец? — вкладываю максимум презрения в эти слова.

— Кто знает.