Девочка. Книга третья

Барретт скривил уголок рта и некоторое время сканировал мое лицо, определенно принимая решение. Я же тихо сглотнула и, сжав кулаки, пыталась побороть страх перед краем бездны.

Наконец, отпустив мой затылок, Барретт поднес сигару к губам и сделал глубокую затяжку. Внезапно он больно сдавил пальцами мое лицо и выпустил струю сладкого дыма. Закашлявшись, я крепко сжала его предплечье и как только восстановила дыхание, улыбнулась — моему Черному Лебедю было хорошо, ему хотелось взмыть в небо.

Барретт откинулся на диван и, сделав очередную затяжку, выпустил дым в сторону.

— А мне? — потребовала я.

— С тебя хватит, — тихо сказал он, давая понять, что всё равно держит ситуацию под контролем и, приняв следующую порцию дыма, закрыл глаза.

Но я была не согласна с таким положением вещей и, приподнявшись на руках, накрыла его губы в неумелом поцелуе, крепко обняв за шею.

Он больно сжал мой затылок, но не отстранился, а все же, разомкнув жесткий рот, позволил пряному дыму наполнить меня изнутри. Медленно закрыв глаза, я целовала его рот, проникая языком как можно глубже, и вдыхала сигарный аромат вперемешку со скорпионьим ядом.

"И наступила свобода. Я опять была в полете. И если на Limitless, паря над водным пространством с Ричардом, я возносилась с ним к небу, то сейчас, слившись воедино в ядовитом поцелуе с Дьяволом, я падала с ним в бездну.

Я открыла глаза и увидела перед собой глаза Дьявола. Он внимательно изучал мое лицо, будто проверяя, насколько сильно раскрылась моя темная сторона, и дошла ли я до той черты, когда он мог погрузить меня на дно своей пропасти.

— Я хочу, чтобы ты кое-что для меня сделала, Девочка, — наконец тихо сказал он, неторопливо снимая с моего белья не защелкнутые до конца наручники.

Приблизившись к его лицу, я провела кончиком носа по его щетинистой скуле и, вдыхая его мужской запах вперемешку со сладким дымом, прошептала над ухом:

— Ты хочешь, чтобы я была плохой? — и наклонившись над его ладонью, медленно провела языком по его большому пальцу, а затем дальше, обвела полукруглой дорожкой прохладный металл колец.

На это Дьявол ничего не ответил, а лишь уверенно отвел мои руки назад и жесткими движениями зафиксировал запястья наручниками.

Все его движения были спокойными и ровными, будто он подготавливал меня к какому-то очередному темному ритуалу и, всматриваясь в его непроницаемое лицо, я не находила ответа, а лишь натыкалась на холодные глаза, которых касалась поволока.