Девочка. Книга третья

 — Я еще не отошла от поездки в Италию и плохо ориентируюсь после смены часовых поясов.

— И не говори, — махнула рукой Грейс. — Я тоже с трудом потом перестраиваюсь.

— Тогда как поступим?

— Кэтрин, ты желанный гость в нашем клубе, мы всегда тебе рады, — и, бросив взгляд на меня, добавила: — Можешь отдохнуть со своей помощницей. Или я тебе пришлю нашего менеджера Каролину, которая покажет все новшества. Ты, как профессионал, дашь рекомендации относительно картин, а я присоединюсь к вам, как только освобожусь.

— Превосходное решение проблемы, — лучезарно улыбнулась Кэтрин, а к нам уже подходил мистер Купер.

В этот момент я почувствовала затылком мощную волну, будто я стояла в зоне высокого напряжения — голова тут же начала гудеть, а мой внутренний радар забил колоколом по моим оголенным нервам. Мне не нужно было оборачиваться, чтобы понять — со стороны подъездной дорожки шел Барретт. Я ощущала его подавляющую металлическую энергетику, его мужской запах с примесью дорогого парфюма. Моей первым желанием было обернуться, но я вовремя себя остановила, понимая, что так я выдам себя, покажу, что чувствую его присутствие.

— Простите, дамы, — любезно улыбнулся седовласый мистер Купер и пошел со своей женой навстречу дорогому гостю.

Так как мы стояли у входа, Кэтрин развернулась в сторону Барретта, и я последовала за ней, соблюдая ритм не только своего сердца, но и движений. Я бесшумно вдохнула, подняла голову и увидела, как к нам приближаются Ричард и Марта.

— Мистер Барретт, мисс Вернер, рад вас видеть в клубе, — радушно улыбнулся хозяин и обратился к Барретту: — Ваши немецкие гости были в восторге от гольф-полей и сейчас ждут вас в северной гостиной.

— Добрый вечер, — отреагировала и миссис Купер. — Золотая карта для мисс Вернер уже подготовлена. Теперь и она полноправный член нашего клуба.

Барретт вскользь посмотрел на нашу компанию, на долю секунды наши взгляды пересеклись, но он не задержался глазами ни на ком из нас, а его лицо не выражало ничего, кроме равнодушия, собственно, как и всегда."

"Сейчас, наблюдая, как Барретт проходит мимо, я благодарила судьбу за то, что она пощадила меня, дала мне возможность убить в себе пусть не память, но боль, благодаря моей картине, которая впитала в себя всю горечь утраты.

Я была благодарна судьбе, что она дала мне время свыкнуться с мыслью о том, что я со своей любовью стала третьей лишней. Именно благодаря этому году и восьми месяцам сейчас я могла смотреть на Ричарда и сохранять на лице спокойствие, могла принять его отторжение лицом к лицу, не боясь боли, могла свыкнуться с мыслью о том, что я стала чужой. Это походило на результат долгой кропотливой работы — именно на этот миг пересечения наших взглядов я работала весь этот год и восемь месяцев.