7
0
Бросилась журналисту на шею, затараторила:
– Дима, Димочка, со мной сейчас чего было – вообще кошмар!
* * *Добираться до дома общественным транспортом Наде совсем не понравилось. До электрички пришлось ехать на автобусе. Потом полчаса ждать на платформе. Трястись в поезде. Толкаться на вокзале. Тащиться с пересадкой на метро. И постоянно сумку к себе прижимать: что бы Полуянов ни говорил, за старинную Библию девушка очень боялась.
– И ты представляешь, Дим?! У нас на ВДНХ выхожу. Выдыхаю: все. Безопасность. Я дома. Сам знаешь, от метро два шага.
Полуянов уже понял: вступление цветистое.
Угадал.
Надя прервала свою повесть. Вытащила из сумки раритет, протянула журналисту, с чувством произнесла:
– Забери, и чтобы я не видела ее больше! Никаких нервов не хватит. В библиотеку сам повезешь. Прямо завтра!
– Конечно, Надюш, хорошо. Прости. Обязательно, – смиренно поклялся Полуянов. В желудке тянуло все сильнее. Как бы поставить Надькину речь на быструю перемотку – и отправить ее на кухню?"
"– Дима, можешь не строить взволнованный вид. Я вижу: тебе еда важнее меня, – ядовито произнесла Митрофанова.
Драматическая пауза.
Полуянов не выдержал первым:
– И что?
– И ничего! – возмущенно отозвалась Надя. – Сфоткал – и убежал. Я за ним – он деру. На ходу крикнул: «Это для «Вечерней Москвы»!» Но они ведь не могут просто так, без разрешения, снимать и потом в газете печатать?
– Красивых девушек – могут, – убежденно сказал Полуянов.
– Слушай, хватит издеваться!
– Тогда давай свою версию.
– Не знаю… – Надя взглянула на него неуверенно. – Может, потому, что у меня Библия?
– А не проще было сумку у тебя вырвать?
– Ну, тогда… Эта дура-соседка говорила, у нее муж – генерал ФСБ. Вдруг он соглядатая прислал?
– Надюшка, милая ты моя, сладкая, вкусненькая! – он стиснул ее в объятиях. – Да какие соглядатаи? Просто понравилась ты мальчику! А сотрудники ФСБ – уверяю тебя! – работают совсем по-другому.
* * *Ольга Черемисова подошла к соседскому забору. Приложила к жесткой рабице ухо. Прислушалась к вибрациям. Поняла: вновь прибывшей дома нет.
И яркое чувство опасности, что терзало ее все выходные и половину понедельника, немедленно отступило.
Она сразу, едва перед воротами затормозила машина, поняла: новая хозяйка принесет большую беду. Ощущение страшного исходило от девушки настолько ярко, что надеяться на благоприятный исход не приходилось. Что-то совсем скоро случится. С ними со всеми.
