Десять стрел для одной

И ведь ни капельки не раскаивалась! Повторяла: «Девчонка сама виновата. Нечего было шпионить».

На уговоры пойти с повинной только смеялась. А сдать Маргариту Тимофей Маркович не решился. Тогда ведь и сыночка его за собой утянет.

Тогда все обошлось. Но что будет сейчас?

Старик понимал: жесткая девица прикажет Василию убрать свидетеля. И тот (хотя сам убивать и не будет) покорно с ней согласится. Станет соучастником. Вот и готов еще один срок. По совокупности – лет пятнадцать.

Что, что теперь делать? Бежать за ними? Останавливать? Уговаривать Васину избранницу, чтобы не трогала журналиста?

Но куда ему против дикой кошки Маргариты! Восемьдесят годков, сердце колотится, аритмия накатила страшнейшая.

Просто не догонит. В лесу темно, сын и сосед идут быстро.

А если догонит – все равно не справится. Бесполезно и пробовать.

Оставался один-единственный выход.

* * *Солнечный день его похорон погас. Померкли краски, размылись фигуры. Теперь Дима летел по узкому черному тоннелю. Скорость с каждой секундой все больше, и пластмасса обдирала бока – словно в аквапарке, на горке «Черная дыра».

И никаких впереди источников света, никаких ангелов.

Просто бесконечное, довольно болезненное движение. Совсем не похоже на путь в рай.

«Все вранье, – устало подумал он. – Нет ничего после смерти. Сейчас тоннель кончится – и будет просто полная темнота».

Где-то далеко – фоном – он слышал разговор. Мужской голос жалобно умолял. Женский – жестко приказывал.

А потом вдруг в ушах Надюхин речитатив прозвучал. Презрительный, едкий:

– Слабак ты, Димка.

И сердце словно разорвалось. Он с трудом, бесчувственным языком, нащупал собственную губу. Со всей силы вцепился в нее зубами.

Адская боль стрельнула в мозг – и у него получилось! Глаза – уютно закрытые, укутанные во тьму – распахнулись. Начали различать: ночь, звезды. Равнодушный лик луны. Двоих, что стояли неподалеку и жарко спорили.

– Рита, давай просто бросим его. И убежим! – дрожал Васин голос.

– Куда? – орала она в ответ. – До первого мента? Он все знает, он сдаст нас!

Раздрай в рядах гонителей. Что может быть лучше!

Полуянов попробовал разорвать веревку, что стянула запястья. Не выходило. А подняться? Голова кружилась отчаянно, но он все же смог повернуться на бок.

Теперь аккуратно на четвереньки, и…

– Я кончаю его! – рявкнула Маргарита.

Лунный свет услужливо обозначил обломок кирпича в ее руках.

Она быстрым шагом двинулась к нему.

Полуянов замер, так и не успев приподняться. Откинул голову (жертва вроде как без сознания). Но едва Маргарита приблизилась, извернулся на пятой точке, изо всех сил ударил ее ногами чуть пониже коленных чашечек.

Амазонка ахнула, упала. Требовательно завопила:

– Вася, помоги!

Дима не стал ждать, какой выбор сделает горе-десантник.