4
0Всю душу наизнанку вывернула. Как же с ней трудно, просто невыносимо. Иногда очень жалею, что не живу в общежитии.
То гимназия, то универ, потом была заезженная пластинка с магистратурой. Теперь вот дети в ход пошли. Когда же это всё закончится…
Я уже почти дописывала статью, когда телефон завибрировал. Открыла мессенджер и обнаружила в диалоге с Сотней злой смайлик. Три штуки.
Ещё и он!
«Ты чего?»
Ответ пришёл почти мгновенно.
«Твоя мама выставила меня за дверь. Сказала, что не хочешь меня видеть. Я залезу в окно и убью тебя, заучка. Но сначала мы займёмся бешеным сексом»
Чёрт побери! Это просто эпический трындец. Она совсем там спятила? В мою личную жизнь лезть удумала. Как сильно надо крышей поехать?
«Я с мамой поругалась» – печатаю ответ.
«Сильно?»"
"«Не разрешает мне строить серьёзные отношения с парнями»
«Скажи, что я инопланетянин»
«Парни с Марса тоже под запретом»
«Что же делать? Я в панике!»
Вот шут гороховый! Но нужно отдать ему должное, настроение мгновенно поднялось.
«Ты дурак»
Молчит, больше не написав ни словечка. А я почему-то сижу, улыбаюсь и жду. Такая дурочка.
– Рапунцель, на бал со мной пойдёшь? – раздался громкий голос Сотникова посреди моей комнаты.
Божечки, мама ведь услышит! Сумасшедший!
– Какой бал? – прищурилась. – Спятил?
– Вечеринка, ты обещала подумать, – он обнимает меня, притягивая к себе. И мне чертовски нравится быть в его руках.
Обещала…
– Дим, наверное, сейчас не лучшее время.
– А когда оно будет, Маша? – прошептал на ухо, заставив всю покрыться сладкими мурашками. – Секунды слишком долгая вещь, когда тебя нет рядом.
– Да вы поэт.
– А вы моя Муза.
Моему сердцу не может быть настолько тепло, как сейчас. Температура выше всех допустимых показателей по цельсию. Жар его любви спалит меня дотла, но я не собираюсь останавливаться.
Мы сгорим.
Вместе!
Глава 24 – Его грешница
Маша
У каждой сказки есть свой конец. Вот и нашей пришёл.
Мама начала ломиться в дверь, истерично дёргая за ручку. Невменяшка, честное слово. Ещё и орёт, будто потерпевшая с той стороны. Я с ней больше не могу, зла никакого не хватает.
– Слушай, может мне с ней поговорить? – предложил Дима.
– Зачем? Ерунду не придумывай.
– Вы ведь из-за меня ссоритесь. Уверен, я смогу донести.
Донесёт он, ну точно. Только родительница моя пуленепробиваемая. Да и вообще, не надо Сотникову вмешиваться в мои споры с мамой.
– Дим, я ценю твою поддержку, но…
– Не лезь, ты третье колесо.
Ну обидься давай. Что я такого сказала? Просто у нас не те отношения, чтобы затевать разборки с предками. Да и вряд ли вообще мы когда-нибудь достигнем этого уровня.
– Мария! – вновь орёт матушка. – Немедленно открой дверь!
Что ж, она ведь не успокоится. А чем раньше бомбанет Везувий, тем целее останутся Помпеи.
