Но отдыхать было нельзя, я могла сорвать Олега с карниза. Расцепив руки, я полетела вниз. Боль обожгла пальцы ног и пробежала через позвоночник. Прикусив язык, чтобы не заныть, я отошла в сторону. Олег отлепился от стены и, мягко сгруппировавшись, приземлился. Не задерживаясь около дома Зубарского и не собираясь уточнять, было ли услышано наше падение, мы помчались к машине.
На улице было достаточно людно, но никто не обратил на нас внимания. Машина с милицейской мигалкой на крыше стояла впритирку к автомобилю Олега. Олег сел на свое место и рассмеялся:
— Удивительно даже, как это мы не попались!
Неожиданно смех его оборвался:
— Вот черт!.
Я перевела взгляд туда, куда смотрел он. Номер на милицейской машине был частный и не имел никакого отношения к Питеру. Чужая частная машина, привезшая людей в форме.
— И дверь они открыли ключом. Ключом, Катюша, понимаешь? Ключи-то у нас. Но даже если допустить, что такое возможно… Нет, все-таки, невозможно. Эти люди, ни один из них не имеет никакого отношения к органам… Так мне кажется. Форму в наше время достать — плевое дело… Ладно, пока удирать, пока целы.
До конторы мы доехали за десять минут. Оставив машину на стоянке, мы вошли в здание бизнес-центра на Торжковской, где Юра уже в течение полугода арендовал офис для своего агентства. Вообще-то «офис» — это слишком громкое название для трех небольших комнат, где размещался кабинет шефа, общая комната всех остальных сотрудников и приемная для посетителей, где их обслуживал секретарь. Но место было выбрано удачно: бизнес-центр считался скопищем если не престижных, то достаточно надежных фирм.
Олег пропустил меня в лифт и нажал кнопку. Пока мы поднимались и шли по длинному коридору к офису, Олег молча «плавал».









