2
0А оттуда знакомиться с миром будет гораздо сложнее. И самому черту лучше не высовываться, а то бог весть за кого примут. Еще на костер отправят.
— Есть такое, — ответил я. — Не высовывайся лишний раз. Если тебя увидят — снова домой поедешь. И я к тебе в гости. А в идеале наколдуй себе невидимость и неслышимость для окружающих.
Бес тут же слился с пространством. Видно, было только когда он шевелился, переливаясь неоднородностью воздуха под определенным углом. Напоминало это одного монстра из фильма… уже не вспомню. В общем, пришелец там был, гонял по лесу людей и имел костюм, которой ему эту саму маскировку давал. Сливался с окружением. Но не полностью, а тоже вот так «дребезжал» в воздухе контурами.
— Может, взятку им толкнем? — предложил мой спутник, — у этого в карманах настоящие залежи. Сам посмотри, чего тут только нет! Тряпица, камушек, обрывок листа из какой-то книги, корка от пирога и целых две монеты! Предложи, вдруг кто и соблазнится!
С довольным ехидным хихиканьем он замолк и исчез в кармане. Я вздохнул. Вот навязался-то на мою голову, мелкий пакостный говнюк. Внимательнее контракт надо было читать в первый раз, когда мне его на сдачу всунули, как «очень полезный довесок, который по вкусу может определять содержимое крови, болезни, чувствовать приближение сторонних лиц и их намерения и еще многое другое, только спроси».
— Ты давай не бурчи там, — ожил голос за спиной, — мы с тобой, паря, беседовать будем. Предметно.
С этими словами он грубо меня развернул. Тут-то я наконец и разглядел нового знакомого. Передо мной стоял грузный мужик лет сорока пяти с плоским рябым лицом. Глаза большие, чуть навыкате, из-за чего казалось, что он чему-то очень удивлен, но взгляд суровый, жесткий. Как и подобает законнику. Мужик поскреб толстую шею в пятнах, вздохнул и произнес:
— Документы есть при себе?"
"Я не ответил. Не потому что хотелось его позлить, а потому что понятия не имел, имеется ли у Маркуши-Андрюши хоть что-то, кроме часов.
— Пашпорт в левом кармане, — пропищали мне в ухо, — можешь не благодарить.
Да я и не собирался. Это ж твое предназначение, как-никак.
— Есть, да только сам я их не достану, — хмыкнул я, — в левый карман загляни.
Здоровяк нахмурился и запустил пятерню мне в карман. Рылся он там долго, вытряхивая содержимое прямо на землю. Корка от пирога не пригодилась, зато две монетки прикарманил и даже не моргнул. Я даже не удивился — эта порода везде одинаковая, кажется. Да, у нас за такие проступки рубили руки, а то и головы. Но только в том случае, если ты не поделился наваром с тем, с кем следует делиться.
Остается надеяться, что мне ничего не срубят за то, что я этих молодчиков разметал.
Наконец мужик обнаружил пашпорт — маленькую книжицу с ярким фиолетовым значком на корочке.
