Дело Рихарда Зорге

«Потом она сказала, что слышала о Джонсоне, но строго предупредила меня, чтобы я нигде и никогда не упоминал об этом человеке».

Похоже, Зорге также имел какие-то неясные и особые причины быть несколько осторожным в отношении Кито, конечно же, связанного со своей партией. «Я заявляю со всей определенностью, что он не был членом моей группы и что я никогда не работал с ним. Я несколько раз слышал о нем от Смедли и Одзаки, но никогда не встречался с ним сам, и у меня нет ни малейших воспоминаний о нем». Зорге с особой настойчивостью отверг предположение, что именно Кито познакомил его с Одзаки.

«Я догадываюсь, что, наверное, это Смедли имела какую-то прямую или косвенную связь с Кито и передала ему мое желание найти японца, которому я мог бы доверять». И, наконец, таинственное: «Более того, Москва запретила мне иметь дела с известными людьми вроде Кито».

Через несколько дней мисс Смедли сообщила Одзаки, что «Джонсон» действительно «хороший человек», и сама представила ему Одзаки в китайском ресторане на Нанкин-роуд. Атмосфера встреча отличалась непосредственностью и взаимным доверием.

В конце разговора «Джонсон» попросил Одзаки снабжать его подробностями о внутренней ситуации в Китае и японской политике в отношении различных политических групп. То, что «Джонсон» был на самом деле Рихардом Зорге, оставалось неизвестным Одзаки в течение нескольких лет, хотя эти двое впоследствии встречались, по крайней мере, раз в месяц на квартире мисс Смедли или в китайских ресторанах где-нибудь за городом.

Зорге нашел своего самого ценного сотрудника, «моего первого и самого важного помощника».

Со времени своего прибытия в Шанхай Одзаки неплохо зарекомендовал себя в определенных китайских кругах, близко связанных о коммунистической партией, с которыми он сотрудничал без колебаний, например, подписываясь на займы таких организаций, как Антиимпериалистическая лига. С некоторой гордостью он посещал встречи политических консультативных групп, состоявших из пяти или шести членов Китайской коммунистической партии, читал лекции по текущей международной политике[37]. «Члены этой группы были не очень искушены в политике и довольно невежественны в международных делах.

И потому мое участие в ее работе, должно быть, приносило пользу».

Но кроме чувства интеллектуального превосходства, была еще эйфория от таинственности, в которой проходили эти встречи. Одзаки вспоминает о своем посещении в качестве наблюдателя двух «коротких митингов», проведенных китайскими коммунистами в шанхайских парках. Это было местное изобретение, «типа собрания, которое может начаться и вдруг быстро рассеяться, подобно ветру».