5
0
– Ковальский, эти твои пародии на смех – весь твой предел?!
– У тебя будет шанс это выяснить, – очень так неопределённо отозвался мужчина, разворачивая меня за плечи к дверям. – Нам пора.
Ага. Пора! Да только что-то мне подсказывает, как бы мне этот «шанс» боком не вышел, но иду, при этом остро ощущая тепло, просто жар мужской руки на моих плечах. Хотя прямого контакта с голой кожей не имеется, но чувство именно такое.
Повела плечами, пытаясь намекнуть о свободе.
– И не мечтай. Ты же знаешь, мне нравится к тебе прикасаться.
Это мне прямо на ушко прошептали, ещё больше добавляя пульса.
– Жарко, – прокомментировала свои действия.
– Ну а мне-то и подавно.
– Неужели? Кто-то минуту назад пел о высокой степени своей нечеловеческой усталости.
Мы уже подошли к самолётному трапу, где Ковальский, любезно взмахнув рукой, пропустил меня первой. Едва я сделала первый шаг к подъёму, как Влад приобнял меня сзади, якобы помогая снять с макушки мои солнцезащитные очки.
– Это только голова и нервная система, а на мой член в твоём присутствии усталость не распространяется. Он всегда хочет.
Вот зачем он так?! Этот его хрипловатый голос мне первые недели по ночам снился. Да и сейчас никакого иммунитета. Спасибо, что хоть в голос не простонала, успев плотно сжать губы. Всплеск сексуального влечения был настолько ярок, подпитанный воспоминаниями и длительным отсутствием интимной жизни, что будь я чуть слабее, то развернулась бы к нему в ту же секунду.
– Ничего не скажешь? – испытывающе продолжил мужчина, когда я немного уверенно продолжила восхождение на мой личный эшафот.
Перелёт с этим образцом чистого тестостерона будет ещё тем испытанием для моей сверхчувствительной нервной системы. Остаётся только уповать на его усталость и вероятность сна на время всего полёта.
– Почему?! Могу сказать. Ковальский – ты настоящий кобель.
И гордо стала подниматься. Ну вот сам напросился на «комплимент», а не надо заводить беременную женщину, особенно когда она сама не прочь.
– Бедняжка, и весь на тебя одну!
Это он сейчас на что намекает?!"
"Глава 25"
"Мирослава
Моё любопытство никак не удовлетворили, зато сбылись желания.
Ковальский, едва самолёт оторвался от земли, улёгся спать и фактически так и летел всё время. Просыпался только на дозаправке, но его вид «медведь- шатун в середину зимы» не воодушевил меня на беседы или юмор. Делала вид спящей или увлечённо читающей барышни.
А вот с перелётами пора завершить! К концу поездки моя голова превратилась в один ком боли, и, судя по знакомым симптомам, это снова поднялось давление. Внизу живота стало неприятно тянуть, что уже серьезно меня беспокоило.
