6
0
Торвальд подкрался к стеллажу, забитому свитками, среди которых затесалась одна книга в кожаном переплете. Свитки были туго скатаны, на каждом, как ожидалось, ярлык продавца.
«Трактат о сточных канавах в каменной канализации Гадробийского квартала. Девятнадцатый отчет за год Строптивицы, Невероятные темы, Гильдия карьерной инженерии. Автор: участник № 322»
«Байки о Храбром Памбре и мире внутри ствола (с иллюстрациями какого-то умершего художника)»
«Утраченные вирши из „Аномандариса“, с примечаниями»
Брови у Торвальда поползли наверх: а ведь эта вещь и правда может чего-то стоить. Он быстро развязал тесемку и развернул свиток. Он был совершенно чист, если не считать коротенькой подписи внизу: «Научных свидетельств на данный момент не имеется». Под ней – издательская метка, гласившая, что этот свиток входит в серию «Утраченных трудов», распространяемых Гильдией изготовителей пергамента из Крепи.
Он скрутил бесполезный свиток обратно и взял наугад следующий.
«Иллюстрированный справочник головных уборов сапожников-генабарийцев в четвертом веке Сна Огни, составленный Огрызком Тырским, самопровозглашенным серийным коллекционером и бичом сапожников, во время пожизненного заключения. Издание Библиотеки тюремных ям Натилога»
Никакого сомнения, иллюстрации там богатые и донельзя дотошные, однако желания изучить манускрипт все равно не возникало.
Возня у ворот тем временем утихла. Охранники, переругиваясь, вновь разбрелись по своим постам. Стоило им войти в особняк, все сразу замолкли – еще одно доказательство, что хозяин дома и спит. Неприятно, учитывая его подозрительный нрав: деньги и драгоценности, скорее всего, спрятаны в хозяйской спальне. С другой стороны, в жизни ничего не достается просто так, а без испытаний жизнь бессмысленна и, что еще хуже, совершенно скучна.
Торвальд замотал лицо тряпкой так, что видны остались только глаза, и подошел к двери, ведущей в коридор. Кошка внимательно следила за его телодвижениями. Торвальд отомкнул щеколду и, приоткрыв дверь, выглянул наружу. Налево, не доходя и трех шагов – стена, направо – коридор, тянущийся через весь дом. Площадка центральной лестницы и массивные двери, а перед ними – охранник. Черные волосы, красный нос картошкой, выпяченный подбородок, а сам громадный и мускулистый, размером с двух-трех Торвальдов Номов. При этом амбал сидит в кресле с вязанием и, наморщив лоб и шевеля губами, считает петли.
А треклятая кошка идет прямо к нему!..
Торвальд тихонько прикрыл дверь.
Надо было придушить зверюгу.
Вдруг в коридоре кто-то тихо выругался, послышался топот.
Торвальд снова выглянул из-за двери. Охранник исчез, вязанье валялось на полу, а пряжа тянулась вниз по лестнице.
