6
0
Ай да кошка, ай да умница! При встрече надо будет ее расцеловать – главное, не там, где она себя вылизывает. Всему, в конце концов, есть предел, и целовать кошку там, куда она может дотянуться языком, Торвальд не собирался.
Быстро прикрыв за собой дверь, Торвальд на цыпочках пересек коридор. Бросил осторожный взгляд на широкую главную лестницу. Кошку, укатившую клубок пряжи, а равно и охранника было не видно. Торвальд подошел к изящным резным дверям за опустевшим креслом.
Подергал – заперто.
Он достал кинжал и просунул лезвие между дверями.
Как правило, чем вычурнее украшения, тем безалабернее относятся к запорным механизмам – и этот раз исключением не стал. Засов легко отомкнулся. Снизу послышался топот. Торвальд потянул дверь на себя и быстро скользнул внутрь, присел. Он оказался в своего рода кабинете. Одинокая лампа с почти догоревшим фитилем тускло освещала разбросанные по столу листы папируса. За столом стояло высокое обитое бархатом кресло, позади которого располагалась еще одна дверь поменьше и поуже."
"Торвальд Ном на цыпочках подошел к столу, затушил лампу и подождал немного, привыкая к темноте. Потом пригнулся посильнее и вгляделся в щель под дверью спальни. К счастью, там тоже было темно. Во мраке тускло поблескивала золотая инкрустация. Торвальд осмотрел дверь. Замка на ней не оказалось, петли хорошо смазаны. Он тихонько приоткрыл дверь, вошел внутрь и аккуратно закрыл ее за собой.
Кто-то тихо посапывал на кровати с балдахином. Вдруг раздался зевок.
– Болтанчик, дорогой, это ты?
В кровати завозились.
– Сегодня ты ночной грабитель? – хриплым спросонья голосом прошептала женщина. – О, это интересно… Я зажмурюсь, буду плакать и молить о пощаде, а ты угрозами заставишь меня молчать. Давай, быстрее, я вся в оцепенении. Ах, кто-то пробрался ко мне в спальню!
Торвальд Ном замешкался, разрываясь между насущной необходимостью… и другой насущной необходимостью.
Он развязал кушак и грозно прошептал:
– Сначала сокровище. Где оно, женщина? Говори!
– Ах, какой необычный у тебя голос!.. А сокровище ты сам знаешь где, злодей! У меня между ног!
Торвальд вздохнул.
– Не это сокровище, а настоящее.
– А если я не скажу?
– Тогда мне придется тебя изнасиловать.
– Ах, пожалуйста! Раз так, то я буду молчать!
Вот проклятье! Она вмиг догадается, что Торвальд не тот, за кого себя выдает, хоть и тот, за кого он себя выдает, сейчас далеко. Что же делать?
– Ложись на живот. Теперь встань на четвереньки. Вот так, да.
– Ах ты грязное животное! Даже хуже!
Торвальд помедлил. Хуже, чем грязное животное? Что это значит? Тряхнув головой, он забрался на кровать и пристроился сзади. Эх, была не была!
– Болтанчик!.. – простонала женщина некоторое время спустя.
