3
0В следующее мгновение со ступенек на него прыгнула убийца.
Выстрел Хватки угодил ассасинше в живот. Та в полете скорчилась и упала лицом на пол, а на лестнице рванула «шрапнель».
Мураш тем временем снова подхватил гладий и кинулся вверх по лестнице. Хватка быстро его нагнала, на ходу доставая меч.
– А ну прочь со своим шампуром! – рявкнула она. – Держись рядом и прикрывай!
Схватив Мураша за плечо, она вышла вперед.
В груде тел то и дело дергались в конвульсиях руки и ноги, по стенам стекали кровь и внутренности, но чуть дальше в коридоре кто-то шевелился.
Перескочив через мертвых и умирающих на лестнице, Хватка нырнула в коридор. Там медленно поднимались с пола трое убийц; она не раздумывая накинулась на них.
Нападавшие даже не успели прийти в себя. Хватка быстро всех прикончила, а Мураш прикрывал ей спину.
Дымка пришла в себя, не понимая, почему лежит на полу. Попыталась пошевелить левой рукой и аж задохнулась от боли. Прошиб пот, перед глазами заалело. Теперь она вспомнила. Тихо застонав, Дымка перевернулась на целый бок и, смаргивая пот со слезами, осторожно села.
Двери в корчму болтались на выломанных петлях.
Снаружи ожидали по меньшей мере полдюжины фигур в плащах.
Худовы яйца.
В отчаянии Дымка стала искать глазами поблизости какое-нибудь оружие, хоть и понимала, что времени нет и сейчас ее прикончат. Но все равно, увидев нож, она потянулась к нему.
Шестеро убийц вбежали в корчму.
Сзади на них навалился некто очень большой и, издав вопль раненого быка, стал размахивать кулачищами. Чаур! Хрустели шеи, проломленные черепа, лица разбивались в кровь…
А следом возник Баратол. Вооруженный одним ножом, он добивал шатающихся убийц. Дымка видела написанный у него на лице страх за Чаура, ведь если кто-то из нападавших придет в себя…
Ждать пришлось недолго.
Дымка поднялась, подхватила с пола кинжал и, пошатываясь, двинулась вперед.
Кто-то оттолкнул ее в сторону. Мураш. Прикрываясь слева крышкой от котла, он рубанул мечом ближайшего убийцу.
Нападавшие из последних сил рубили Чауру руки кинжалами. Тот схватил первого попавшегося противника и с размаху швырнул его на брусчатку. Хрустнули кости. Не прекращая подвывать, Чаур поднял бесчувственное тело за ногу, раскрутил и сбил им с ног еще одного. Тут же подскочил Баратол и каблуком сапога припечатал упавшего в висок. Тот дернулся и затих.
Мураш вытащил клинок из груди поверженного убийцы, стал искать глазами следующего противника, но не нашел.
Дымка стояла, прислонившись к дверному косяку.
– Это был последний, сержант, – сказала она и сплюнула.
Баратол крепко обхватил Чаура, чтобы успокоить. Из глаз великана текли крупные слезы, пудовые кулаки были по-прежнему сжаты. Он обмочился.
