И Жаль, которая впоследствии взяла себе имя Апсалар. Здесь же юный Крокус – ныне известный как Резчик, верно? – с ней и познакомился. Собрать историю воедино непросто. Приходится полагаться на Молотка – он почти все из этого видел. Также внутри, – добавил Дукер, – ты, наверное, найдешь человека по имени Крупп.
Скиллара хмыкнула.
– Да, скользкий скупщик краденого и бывший вор. Резчик рассказывал.
– И еще полномочный посол во время Паннионской войны. Человек, который поставил на место Каладана Бруда и в одиночку обвел вокруг пальца величайших владык на материке.
Она слегка вскинула брови.
– Правда? Это все про него? О таком Резчик не упоминал.
– А откуда ему знать? Он отплыл со Скрипачом, Каламом и Апсалар.
– Эту историю я и пытаюсь собрать, – сказала Скиллара. – Апсалар – возлюбленная Резчика.
Вот как.
– Что ж, тогда войдем внутрь.
И они вошли.
– Я думаю, ребенка похитили, – подытожил Мурильо, садясь. – Знаю, Крупп, такое случается. Дубильщики, торговцы, рыбаки, сутенеры, храмовники – все воруют детей, дай им только волю. Надежды мало, понимаю…
– Чепуха, Мурильо, о вернейший из друзей Круппа! Ты продемонстрировал высочайшую мудрость, обратившись к самому́ круглому мне. Более того, Крупп рукоплещет твоему выбору профессии. Наставник, который ставит руку юнцам. Законы дуэли писаны кровью отчаянных, не так ли? Припоминаю я и твою отчаянную нанимательницу Скаллу Менакис и ее соратника – Остряка с тигровым окрасом. Кто же был третий? Длинный юноша, не вернувшийся из Капастана… Не Драсти ли его, случайно, звали? Круппу надо бы окунуться глубже в омут памяти, но чутье кричит «да, так и есть!», и кто он такой, чтобы ему не доверять?
Резчик почесал небритый подбородок.
– Я могу вернуться на судно, на котором я приплыл, поговорить с бродяжками и старухами на пристани.
– Был бы весьма признателен.
– Крупп чует неровное дыхание Мурильо по отношению к своей нанимательнице… Ах, отмахивается ли Крупп от яростного отрицания? Закрывает ли глаза на строгое несогласие? Так вот: нет и нет!
– Прекрати, Крупп, – сказал Мурильо. – Этот парнишка – ее сын.
– Оставленный на попечении других. Она настолько холодна сердцем? Ты, я погляжу, поставил перед собой новую задачу! Что ж, похвально, весьма похвально.
– Да не в этом дело… Не стану спорить, не из всякой женщины выходит хорошая мать. Однако Скалла не такая. Мне она показалась отчаянно преданной и ответственной… наверное. А, Худ с ним, не знаю. Надо просто найти мальчишку, только и всего.
– Мы поняли, Мурильо, – сказал Резчик.
– Положись на Круппа, мой дражайший друг. Все истины вскорости откроются в истинном откровении. Но погоди, нас ждет счастливое воссоединение иного рода… – Толстяк наклонился вперед, уставившись маленькими глазками на Резчика.









