7
0Бедек ни словом об этом не обмолвился, и судя по тому, как они живут, даешь ты, мягко скажем, гроши. Или редко.
Глаза Скаллы вспыхнули.
– Снелл встречает меня у двери, и я отдаю деньги лично ему в руки. Да и какое у тебя право меня попрекать? Его усыновили по закону, я вообще им ничего не должна. Иди к Худу, Остряк.
– Снелл, говоришь?… Что ж, это многое объясняет. В следующий раз отдавай деньги Бедеку либо Мирле, кому угодно, кроме Снелла.
– Хочешь сказать, мелкий гаденыш все забирает себе?
– Скалла, они едва сводят концы с концами. Отдала ты ребенка или не отдала, насколько я тебя знаю, ты бы не хотела, чтобы кто-то из них умирал с голоду – особенно твой сын."
"– Не смей его так называть.
– Скалла…
– Он – дитя насилия. Боги, Остряк, когда Драсти на меня смотрит, я вижу его лицо.
Она отвела глаза, затрясла головой и, подтянув ноги к себе, крепко обхватила их руками. Весь напор испарился, и Остряк в очередной раз почувствовал, как у него сердце обливается кровью, и что бы он ни делал, будет только хуже.
– Ушел бы ты, Остряк, – натянутым голосом произнесла Скалла. – И не возвращайся, пока миру не настанет конец.
– Я подумываю вступить в Тригалльскую торговую гильдию.
Она вскинула голову.
– Рехнулся? Жить надоело?
– Возможно.
– Ну тогда тем более проваливай. Давай, иди, и пусть тебя там убьют.
– Твои ученики с ног валятся, – заметил Остряк. – Никто не выдержит без конца повторять выпады. Завтра они с кровати даже встать не смогут.
– И Худ бы с ними. Если правда решил наняться к тригалльцам, так и скажи.
– Я подумал, может, ты попробуешь меня отговорить.
– С какой еще стати? У тебя своя жизнь, у меня своя. Мы не женаты. Мы даже не любовники…
– А как твои дела на этом фронте, Скалла? Кто-то наверняка…
– Прекрати. Прекрати немедленно. Стоит тебе вернуться из очередной передряги, как начинается: жалеешь, уговариваешь – весь такой из себя святой.
– Уговариваю? В чем?
– Хочешь, чтобы я была человеком. Но с меня уже хватит. Скалла Менакис умерла много лет назад. Перед тобой всего лишь вор, который открыл школу для пузатой мелочи с мочой вместо крови. Я не учу, а просто высасываю деньги из великовозрастных кретинов, пророча их сыновьям и дочерям славное будущее дуэлиста.
– Значит, отговаривать меня записываться к тригалльцам ты не станешь. – Остряк повернулся к выходу. – Ладно, вижу, от меня одни неприятности. Прости.
Он сделал шаг, но Скалла успела схватить его за руку.
– Не надо, – попросила она.
– Не надо – что?
– Ничего хорошего в желании умереть нет. Ты меня понял, Остряк?
– Угу, – буркнул он и ушел.
И вот опять он все испортил. Увы, вполне ожидаемо. Надо разыскать Снелла да встряхнуть хорошенько – пусть попугается. Заодно расскажет, куда спрятал деньги.
