2
0
Это ОН!
Тот самый губастенький из джипа.
— Морозов, а для вас расписание не такое, как для всех? — приспустив очки, недовольно говорит Валентин Игоревич.
Морозов?
— Я же извинился, — приподнимает с презрением слегка уголок губ Глеб.
— Это сути не меняет.
— Извините ещё раз, — кланяется ему Морозов, чем вызывает взрыв смеха в аудитории.
— Шут гороховый, — выносит свой вердикт преподаватель. — Садись.
— Благодарю! — очередной выпад от красавчика.
Вразвалочку он направляется в сторону мест, окидывая взглядом всё помещение, в поисках свободных.
Странно, он не похож на человека, который провёл две недели в отпуске. Загорелый — да, но какой-то взъерошенный и уставший.
Вдруг его глаза останавливаются на мне и брови медленно ползут вверх.
Он что меня узнал?
Да ну, не может быть!
Я опускаю глаза в тетрадь и делаю вид, что пишу там что-то.
— Двигай задницу, — пинает по ноге парня, который сидит в ряду прямо передо мной. Тот молча пересаживается на пустой стул.
Видимо с Морозом никто не спорит.
Дедовщиной попахивает.
Глеб вынимает из сумки пару тетрадей и ручку, но так к ним и не притрагивается.
Естественно всё, что пытался объяснить экономик, в одно ухо влетело, из другого вылетело. Я сверлю взглядом коротко стриженый затылок Морозова, борясь с желанием провести рукой по его волосам.
Какие они на ощупь?
Пипец, он будто околдовал своим присутствием, заставляя сердце в груди долбить, как сумасшедшее. При этом ничего не делает, просто сидит и почти всю лекцию листает что-то в телефоне.
Наверняка девушек разглядывает. Что ещё может смотреть в интернете молодой парень?
Но я ошибаюсь.
Вытянув шею, обнаруживаю, что он просматривает приложение с куплей и продажей автомобилей. Что-то кидает в закладки, под одним из объявлений пишет сообщение.
— Морозов, может быть, вы скажите нам, почему нежелательно применять демпинг в кризис? — громко спрашивает преподаватель.
— Знать бы ещё, что это такое…- бубнит тихо Глеб, отрываясь от экрана телефона и убирая его в карман.
Но я услышала.
— Занижать цену, — шепотом подсказываю ему.
Он медленно разворачивается ко мне и одними глазами говорит «спасибо».
— Ну, так что? Вы же у нас тут единственный предприниматель, так что должны знать ответ. Так почему не нужно демпинговать?
— По морде можно получить, — ляпает от души Морозов. — Ибо нехрен на себя одеяло тянуть.
Валентин Игоревич зависает, он не ожидал такого ответа. А вот остальные присутствующие оценивают, по рядам проходится смех.
— Вы глубоко застряли в девяностых, Морозов, — выдавливает наконец-то из себя препод.
— Я в них даже не жил почти…- отрезает Глеб.
Дерзость — ещё один его конёк.
И голос…
Я, как певица и музыкант, всегда обращаю внимание на него.
