Но на дисплее высветился телефон тети Любы, маминой коллеги и по совместительству подруги.
Я немного удивилась и сняла трубку, не ожидая ничего плохого. Тетя Люба говорила быстро бессвязно и не в обычной для себя спокойной манере. Охала, причитала, так что я не могла разобрать половину слов. Поняла только, что что-то с мамой. Сердце, скорая. Я сунула сумку с книгами Лерке и кинулась со всех ног к зданию администрации. Но даже тогда я не осознавала, что происходит что-то очень страшное. Как сказали позже, в больнице, мама умерла на месте. Сердечный приступ. И это у нее, у которой никогда, как мне казалось, не было никаких проблем со здоровьем, в том числе и с сердцем.
Не знаю, как я смогла пережить первые дни. Наверное, только благодаря тому, что мозг отказывался до конца поверить в происходящее. Даже сейчас я иногда думаю, что это все неправда. Тетя Люба и другие мамины подруги, а также соседи пытались меня поддержать, как могли. Совали какие-то успокоительные, я пила, не спрашивая, что это. Таблетки должны были мне помочь, но не помогали.
Из соседнего районного центра вызвали сестру. Она приехала на следующий день и взяла на себя всю организацию похорон.
Зинка старше на пятнадцать лет, и так получилось, что мы никогда не были близки. Ее приезд избавил меня от обязанностей, которые надо проводить в подобных случаях, но душевной поддержки ждать от нее не приходилось, мы были слишком разными.
Когда мне исполнилось пять, а ей двадцать, сестра выскочила замуж за невзрачного, как мне тогда показалось, дядьку, и уехала к мужу в соседний район. Виделись с тех пор только по праздникам.
Со временем Зинка располнела, а года два назад постригла и перекрасила волосы в какой-то рыже-бурый цвет, отчего стала выглядеть еще на пять лет старше своего возраста. Любимым ее занятием было обсуждать сериалы и дела соседей.
Я никогда не могла поддержать ни одной беседы, потому что сплетнями не очень интересовалась, а телевизор не смотрела вообще, поэтому Зинка всегда считала меня скучной и недалекой.









