Чужое зверье

– Закусить есть чего? Паек дадут?

«Поляк» пнул по небольшому мешку:

– Вон порыскай, чего там нам в дорогу напихали.

Из мешка достали круг колбасы и ковригу хлеба, фляжка сделала еще один круг. «Сивый» хмуро зыркнул на Савельева:

– А ты чего не пьешь? Тут не Красная армия, командир не заругает.

Но «Поляк» вдруг нахмурился:

– Этому нельзя. Ему еще вести нас, пускай хоть у кого-то башка будет ясной.

«Тетка» вдруг тихо произнес то, что, наверное, мучало всех в диверсионной группе:

– Нас расстреляют, если поймают?

«Поляк» цыкнул:

– Не бойся. Поймают, так скажешь – из немецкого плена сбежал. А немцы поймают, так говори из советского лагеря сбежал. Умей вертеться, «Тетка», чтобы жить хорошо. Главное, чтобы тебе было хорошо, ради такого и соврать можно.

Судя по голосу, «Поляк» изрядно захмелел, он вылил остатки алкоголя себе в рот и крякнул:"

"– Эх, скучно будет топать. Надо самогону наменять в какой-нибудь деревне. Слышь, «Курок», ты здесь местный. В какой деревне хорошую брагу делают?

– Я не знаю, – Алексей с трудом сдерживался от злости, которая клокотала в нем от наглых, резких замашек командира немецких диверсантов. Но он сдержал себя. – Потом все узнаем, как доберемся до Железногорска. Там же есть свои, подпольщики, в курс дела введут, ну и про остальное растолкуют.

«Поляк» загоготал:

– Ну ты дурак! До Железногорска. На болоте жить будем и жрать лягушек. Поверил, что ли, в песенки этих из абвера? Крест дадут, денег, награду? Мы теперь ни с Германией, ни с СССР. Понял? Мы только за самих себя – кто кормит, тому и служим. Держись меня, если хочешь в живых остаться. А то так быстро или советской власти в лапы попадешь, или подохнешь где по глупости. – Он хвастливо добавил: – Как Гитлер победит, я в Польшу рвану. У меня там родственники. Давно хотел, да из Советского Союза никуда не свалить.

Вот почему он получил кличку «Поляк», сообразил Савельев. Он посматривал на остальных и в сумраке замечал, что остальным диверсантам командир их группы не нравится. Слишком он груб и хвастлив.

«Сивый» тоже начал расспрашивать командира:

– В рюкзаках что? Неподъемные. Как потащим-то? Спины все переломаем, хоть бы лошадь какую дали, тяжесть такую переть.

– Динамит это, – «Поляк» вдруг зашептал. – Взрыв какой-то готовить будем. Только нам этот гауптман-задохлик ничего не расскажет. У них там главный есть, заправляет рядом с Железногорском всеми делами. Нахваливают его, я слышал, что он уже с десяток диверсий организовал. Туда уже группу отправляли, когда я в лагерь учебный попал. Прозвище у него «Старик». Много людей, много взрывчатки – понятно, что будет большой взрыв. Ну, надеюсь, этот «Старик» знает, что делает, и мы там ненадолго. Вернемся обратно, буду просить перевести в действующую армию поближе к Польше.