4
0Вот тоже не знаю, куда бежать. Без документов беда совсем. Были бы бумажки, так рванули бы вместе. У меня мать тут рядом живет. Схоронились бы, а потом, как затихнет все, в город рванули. С паспортом можно дальше жить.
Фома вдруг просиял, ему пришла в голову одна идея:
– Пока «Голубчик» спит, обыщу его! – он продемонстрировал удивительно тонкие, изящные, словно у пианиста, пальцы. – Я ведь щипач! По карманам раньше работал на трамвае. Пока от вокзала два-три гамана смурыжу, так что и не приметит никто. Вдруг паспорта у него.
Савельев был не рад затее парня, он хотел лишь потянуть время за разговорами и незаметно раскидать приготовленный динамит. Но увлеченный Фома воспринял его слова по-своему.
Парнишка оглянулся по сторонам и со всех ног кинулся в чащу. Алексей пока остался один, принялся заваливать сделанные ямки камнями, присыпая сверху землей. Динамит из мешка он утащил в кусты и тоже завалил его смесью из земли и щебня.
Едва он закончил, как вернулся «Малой». Он с досадой плюнул себе под ноги:"
"– Нету ничего! Все карманы у него обыскал. Эх!
Плюхнулся снова рядом и тяжело вздохнул:
– Эх, был бы я мокрушник. Враз бы его порешил.
– Так ведь дело-то не в нем, паспорта у кого-то другого, – объяснил Алексей парню. – Есть связной, немецкий агент, который принесет паспорта за то, что мы проведем диверсию.
– Да, знаю, мне Акимчик рассказывал. Только никто его не видел ни разу, он только с «Голубчиком» общается, – Фома принялся бубнить себе под нос. – Чего делать-то? Может, ну их, эти документы. Я ж украсть их могу. Главное – в поезд залезть, где толкучка пошибче. Вмиг вытащу.
Савельев молча занимался дальше своим делом. Он пристроил остальные заряды чуть дальше от насыпи, чтобы они не сдетонировали, когда по рельсам пойдет состав. Потом взялся за проволоку. Он растягивал провод от одного заряда к другому, пока не видел Фома, резал тонкий шнур на части. Так заряд из взрывателя не доберется до гнезд с динамитом.
Что он будет делать, после того как взрыв не произойдет, Алексей не мог придумать. Пройдет состав, взрыва не будет. «Голубчик» будет в бешенстве – из-за сорванной диверсии он выйдет из себя. И даже не надо гадать, что сделает с тем, кто минировал железную дорогу.
День уже стал переходить в сумерки, когда наконец минирование было закончено. «Голубчик», который выспался в своем лесном убежище, уже посматривал на часы. По сведениям, которые передали, первые составы должны были пойти уже сегодня. Их пускали ближе к вечеру, чтобы в полумраке за кронами деревьев соблюдать светомаскировку от немецких самолетов.
Остальные бандиты тоже больше не проверяли периметр и не караулили на железной дороге. Они все вместе засели в кустах на безопасном расстоянии, ожидая, когда пойдет поезд.
