Чужая жена

Может, спросить ее о них, когда она вернется? Нет, пожалуй, хватит на сегодня, а то еще побьет меня в приступе ярости. Покалечиться может!

Зайдя в красочный магазин, попросил девушку-консультанта, наполнить две коробки различными шоколадками и всякими вкусностями, полностью доверившись ее выбору.

— Если покупаете для детей, могу посоветовать наполнить киндер-сюрприз, дети от него просто в восторге. — Предложила она, положив корзину с выбранными вкусняшками на стол."

"Я согласно кивнул, попросив упаковать один в красивую коробку. Знал, что в такие дни девушки любят полакомиться шоколадом, и решил, что это немного задобрит Ангелка.

Положив коробки в багажник, уселся за руль, поражаясь, что управился раньше Шехназ. Правда, когда она села в машину, понял — почему.

— Что такое? Ты вся бледная! — Даже ее помада выглядела бесцветной.

— Все нормально, пожалуйста, поехали домой. Мне надо прилечь, — она уткнулась в свои колени, мелко вздрагивая.

— Тебя тошнило? Ты уверенна, что дело в женских днях? — Смягчил я выражение, не желая вновь ее раздражать.

— Пожалуйста, Мансур, хватит говорить об этом! — Простонала Шехназ, не поднимая голову от коленей.

— Я беспокоюсь! Возможно, ты отравилась! На тебе лица нет, ты вся дрожишь! — Я погладил ее по плечу, действительно начав беспокоится. Еще пятнадцать минут назад она выглядела вполне здоровой. Я бы даже сказал — цветущей.

— Вот поэтому я и хотела быстрее оказаться дома! А ты мне целый допрос утроил! Я ведь знала, что так будет. Мне всегда плохо в первый день, и тошнит тоже всегда, так что я не отравилась. Пожалуйста, отвези меня домой, мне нужно лечь.

— Ты выпила обезболивающее? — Не отставал я, совсем не успокоенный регулярностью ее недомоганий.

— Да. Мансууур, — захныкала она совсем жалобно, заставляя меня тут же завести мотор и помчаться к дому.

— Мне это совсем не нравиться! — Прорычал я, разозлившись на ее состояние. — Это ненормально! Ты выглядишь больной, как это может быть нормой? На следующей же неделе пойдешь к врачу! — Горячился я, наблюдая за тем, как она сжимает губы от боли, откинувшись на сиденье. Мы ехали уже около получаса, но облегчения от обезболивающих не было заметно, она все так же морщилась, все время меняя положение своего тела.

— Я уже тысячу раз была у врачей. От этого нет лекарства! Ох! — Стон все-таки вырвался из нее, когда нас подбросило на кочке.

— Черт! Почему лекарство не помогает? — Внутри меня все кипело, и я не понимал, почему. Никогда не отличался особой чувствительностью, но видеть, как больно Ангелку, было выше моих сил.

— О, поверь, оно помогает, еще как! Без него все было бы в разы хуже. Уж я-то знаю, — с какой-то горечью произнесла она. — Да и сейчас все стало намного терпимее, чем было вначале.