1
0"
"— Вы перешли все возможные границы! Кто устроил потоп в моем кабинете? Вы! Кто запер меня ночью и принес в кабинет? Вы! Да еще и платок с меня сняли, пока я была в бессознательном состоянии! И, когда мы свалились на этот чертов диван, вместо того, чтобы встать с меня, собирались поцеловать, хотя я Вас отталкивала! — Видя, как проступает краска на его лице, поняла, что правильно угадала его намерения. — И у Вас еще хватает совести обвинять меня в чем-то? Я не раз говорила, что также являюсь полноправным владельцем этого магазина! И имею полное право здесь находиться! Не знаю, что Вы там себе вообразили, но я не имею ни малейшего желания соблазнять Вас или кого-либо другого! — Злость переходила в истерику, и последние слова я буквально прорыдала, обессилено падая на диван.
Что я сделала, чтобы вызывать в нем такую ненависть? Как он может обвинять меня в такой мерзости, когда я даже не думала ссориться с ним первой.
— Успокойся, пока сюда вновь не сбежалась толпа!
Какой же он все-таки гад! Все мои слова — для него пустой звук!
— Ненавижу Вас! Радуйтесь — добились своего! Теперь я даже из дома выйти не смогу — не говоря уже о том, чтобы мешать Вам своим присутствием в магазине…
— Что здесь происходит? — Голос Камала, раздавшийся совсем рядом, заставил меня замереть на полуслове.
А он откуда взялся?
8 глава
— Я вас спрашиваю! Почему ты в таком виде? — Обратился он ко мне.
Представив, как выгляжу со стороны: растрепанная, с так и не повязанным платком, потекшей косметикой и опухшим от слез лицом, — я сжалась от жалости к самой себе и, спрятав голову в коленях, зашлась рыданиями, понимая, что все мои надежды на спокойную жизнь в очередной раз пошли прахом.
— Хватить рычать! Не видишь: ей и так плохо! — Раздался голос Сакины.
Отлично, и она здесь! Просто день открытых дверей в кабинет господина Мансура!
— Я и пытаюсь выяснить — от чего?
— Мужчины, — фыркнула Сакина, присаживаясь рядом со мной. — Шехназ, ну хватит плакать. Как мы тебе поможем, если ты не скажешь, в чем дело?
Она принесла мне воду и помогла привести себя в порядок, достав из сумочки влажные салфетки, которыми я вытерла следы расплывшегося макияжа. Пока пыталась взять себя в руки, все молчали, и заговорили лишь, когда я повязала платок и села за свой рабочий стол. Камал расположился на диване рядом со своей глубоко беременной женой.
— Пока мы добирались до кабинета, то уже успели услышать шепот слухов, — начал Камал, но Сакина сжала его руку, заставляя замолчать.
Было странно, что кто-то мог повлиять на моего бывшего мужа. Мои слова и действия никогда не имели для него значения, будучи просто проигнорированными, впрочем, как и я сама.
— Надеюсь, господин Мансур, Вы поймете нас правильно.
