0
0
— Как я согрешил с Венчиком?
Следователь пропустила моё уточнение мимо ушей. Она откинулась на спинку стула, прижала ладони к столешнице. И поведала мне историю о том, как я избил секретаря комитета комсомола Новосоветского механико-машиностроительного института. Поводом для нападения на Веню, по её словам, стала ревность моего младшего брата, чья подруга заночевала в квартире Сельчика. Ни о каких развратных действиях со стороны Вени следователь не упомянула. Она заявила, что у меня и у Вениамина в ночь с четверга на пятницу возник конфликт. Который завершился потасовкой. Следователь взглянула на мои кулаки и тут же изменила формулировку в своём рассказе: слово «потасовка» она заменила словом «избиение». Сказала: я трижды ударил Венчика по лицу.
В финале своего рассказа задала мне вопрос:
— Всё именно так произошло, Сергей Леонидович? Что-то добавите, уточните?
— Уточню, — сказал я.
Показал женщине свой правый кулак.
— После трёх моих ударов у нормального человека мозги бы разлетелись по стенам.
Следователь взглянула на мою руку.
— Я пришла к выводу, что либо вы били не в полную силу, либо…
Она замолчала."
"— Либо у сына второго секретаря Новосоветского горкома КПСС не оказалось в голове мозгов, — продолжил я. — Вы это имели в виду?
Следователь дёрнула плечом и заявила:
— Согласна, что в этом моменте моя версия выглядит слабо. Получается: вы хладнокровно рассчитали силу и количество ударов. Чтобы изуродовать, но не убить. Это не вяжется с версией о спонтанном конфликте. Тут уже попахивает хорошо спланированным нападением. Именно это приходит на ум, с учётом ваших физических возможностей.
Я пожал плечами.
— Всё это фигня: нападение, конфликт, мозги на стенах, — сказал я. — Важно, что в вашей версии я с Венчиком не согрешил. Вы меня успокоили, спасибо. Но вас, как я понял, мои победы на постельном фронте не интересуют? Ладно. Как скажете.
Развёл руками.
— А больше мне признаться не в чем.
Следователь хмыкнула.
— У вас хорошее чувство юмора, Сергей Леонидович, — сказала она. — Я это поняла, когда работала с вами по делу о похищении директора швейной фабрики. Кстати, мои слова о чистосердечном признании тоже были шуткой. Надеюсь, мой юмор вы тоже оценили.
Женщина прищурилась.
— Но согласитесь, Сергей Леонидович: вы идеальный кандидат на роль подозреваемого в этом деле. Как и ваш младший брат Кирилл. Это если отбросить некоторые пока непонятные мне сейчас моменты. Я ещё вчера всерьёз рассматривала эту версию.
Следователь покачала головой.
— Ну, а сегодня утром всё изменилось.
Женщина взяла со стола лист бумаги, на котором вела записи в момент моего появления, протянула его мне.
— Вот, Сергей Леонидович, — сказала она. — Ознакомьтесь. Подпишите.
