Черный человек

Была у Макара мысль поговорить и с сыном, узнать, что тот думает делать дальше, если Шаламов так и не найдется, но старик пока не решался заводить этот разговор, видя, как его железный сын, человек-да, мучается и страдает, не придя сам ни к какому решению. Да и руки у него были связаны, пока судьба Шаламова оставалась неизвестной."

"Последняя встреча с сыном заставила Макара действовать более решительно. Вечером двадцать девятого сентября он собрал вещи Купавы, оставшиеся от ее последнего пребывания на хуторе Мальгиных, подумал, что предлог нашел не совсем удобный, но оттягивать визит не стоит. К тому же его бы вряд ли одобрил Клим.

Метро, а затем такси за полчаса доставили Мальгина-старшего с его хутора в Брянских лесах к дому Купавы, и Макар, набравшись духу, показал себя дверному автомату. К его удивлению, дверь не открылась, хотя было еще не поздно – шел девятый час вечера. Правда, в это время года темнело уже в шесть.

Макар зачем-то помахал рукой, опомнившись, спросил:

– Хозяева дома?

Автомат не ответил, зато дверь через несколько секунд убралась валиком в сторону. На Мальгина смотрел красивый молодой человек, одетый в сетчатую майку и шорты, раздувающиеся на бедрах пузырчатыми буфами. Был он широкоплеч, загорел, накачан, на лице с тонкими губами застыло выражение скуки и ленивого превосходства. Этого парня Макар уже видел в компании Купавы, звали его Марсель Гзаронваль.

– Вам кого? – спросил Гзаронваль, загораживая вход.

Потом в глазах его мигнули злые огоньки, и скука уступила место выражению неприветливости.

– Кажется, к нам пожаловал родитель знаменитого хирурга? Зачем?

– Кто там, Марс? – раздался из глубины квартиры еще один мужской голос, и за спиной Гзаронваля показался второй молодой человек в чем-то, напоминающем балахон в павлиньих перьях. – Что ему нужно?

– Это предок Мальгина, – поигрывая мышцами живота, процедил Гзаронваль.

Лицо второго парня мгновенно стало холодным и злым, глаза сузились, ощупывая фигуру Макара с головы до ног.

– Какого… лешего ему здесь?.. Своего дома нет, что ли?

Макар растерялся. Всегда исповедовавший принцип взаимного доброжелательства, готовый на компромисс ради установления добрых отношений, он, встретившись с принципиальным неприятием его интересов, на какое-то время потерял ощущение реальности.

– Позвольте… – пролепетал он, краснея. – Здесь живет моя невестка, Купава, почему вы?..

– Бывшая, папаша, – буркнул Гзаронваль, – бывшая.

– Какое это имеет значение? Я хочу поговорить с ней. В чем дело? Позовите ее, пожалуйста.

– А шел бы ты, предок, пока цел-здоров, – взорвался вдруг ни с того ни с сего второй, в «павлиньем» одеянии.