2
0
В реанимационной на этот момент находились два пациента: Майкл Лондон и молодой парень, спортсмен, едва не погибший в горах и доставленный в институт с травмой черепа.
– Как был твой Иван неслухом, так и остался, – проворчал Стобецкий с неодобрением; с Мальгиным он всегда говорил на равных, бремя директорской власти не успело наложить на него свой отпечаток.
– А что случилось? – Мальгин сел в свое кресло, нацепил на голову эмкан и бегло ознакомился с накопившимися за сутки новостями.
– У Лондона была «фаза хозяина» ночью, так Иван меня даже не поставил в известность! Не слишком ли большую свободу ты ему дал? Корифей! Он, видите ли, проблемщик, а мы всего-навсего лекаришки!"
"Мальгин усмехнулся, покосившись на оскорбленную физиономию Зарембы; остальные дежурные прятали улыбки, они знали, что молодой нейрохирург действительно довольно низко оценивал способности директора как нейроспециалиста.
– Иван, почему не соблюдаешь кодекс и субординацию?
– Я не обязан по каждому пустяковому поводу беспокоить специалистов высокого ранга, не задействованных в ПР-группе, – огрызнулся Заремба.
Стобецкий открыл было рот, но посмотрел на остальных врачей смены, пожевал губами и ограничился коротким:
– Зайдете после сдачи, поговорим. – Повернулся к Мальгину: – Что у тебя? Я имею в виду твое состояние.
– Нормально, – рассеянно ответил Клим. – Несколько повысился темп метаболизма, в основном по кислороду, и как следствие – возросла потребность в еде, причем в калорийной. Так что я теперь ем шесть-семь раз в день. – Хирург улыбнулся, уловив общий фон эмоций Стобецкого. – Ничего особенного, как видишь. Я практически здоров.
– Прочитал криптогнозу «черного»?
– Кое-что, не все, по большей части материал для ксенологов и космологов.
– А почему тобой интересуется безопасность?
Мальгин оторвался от мысленного разговора с Гиппократом, взгляд его стал острым.
– Что? Они были у тебя? Кто именно?
– Некто Столбов, розыскник. Выяснял, не отмечалось ли у тебя негативных последствий операции. – Стобецкий метнул неприязненный взгляд на Зарембу. Он был обижен тем, что Мальгин доверил такое дело «мальчишке». – Кроме того, изучал твою родословную на предмет выявления патологий.
– Не нашел?
Директор нахмурился, помолчал, глядя на ставшую прозрачной стену куба реанимационной камеры, внутри которой находился Лондон.
– Веселого тут мало. Его надо или немедленно оперировать…
– Или что?
– Мы дождемся рождения второго «черного человека».
– Ты же знаешь, что оперировать мы не можем, слишком велик объем чужой информации. Сложилась пограничная ситуация, причем трагическая, высветившая пределы нашего знания, а в Запределье мы еще не работали.
