1
0
Лондон с трудом повернул голову, чтобы посмотреть на маатанина – люк в грузовой отсек куттера был открыт, но от напряжения в глазах поплыли огненные круги, и разглядеть, что делает «черный человек», не удалось.
«Это величайшая из бомб!» – проявились в памяти слова Клима Мальгина. Ледяной озноб пробежал по спине, по лицу стекали капли горячего пота. «Я сейчас представляю собой спай термоэлемента, – почти спокойно подумал Лондон, – и через меня, наверное, течет ток… Хорошо, что службой наработан опыт внезапности, все точно знают, что делать, и не путаются под ногами даже при появлении таких невероятнейших casus imponsus[57]… И спасибо Шаламову, что взял куттер формулы «три „эс“[58], в другой машине я бы не выдержал такого набора скорости…
– Выходим в расчетную сферу рандеву, – доложил инк. – Торможение до двадцати единиц в импульсе. Может быть, я вас катапультирую раньше?
– Выдержу, – пробормотал Лондон, собираясь в комок. – Кому повешенному быть, тот не утонет.
И вдруг перед глазами разгорелось облачко алых искр, хотя на самом деле это был фантом пси-связи. Из облачка вытекли три ручейка света, которые превратились в дрожащие строчки на английском языке: «Человек, уходи! Я не в состоянии контролировать балансы энергии «эго», через несколько секунд произойдет спонтанный разряд. Ваш друг прав: в настоящий момент я – бомба. Уходи!»
– Погоди! – взмолился Лондон, пытаясь встать. – Продержись чуть-чуть, осталось совсем немного, минута-две, и тебя заберет джамп-шлюп…
«Мое бытие – нуль, прощай, человек…»
Лондон встал – при шести «же» ускорения! – сполз на пол кабины, пытаясь сквозь кровавый туман разглядеть люк в грузовой отсек, и в этот миг в кабине возникло и окутало человека переливчатое облако, наполненное странной икрой: в каждой икринке – глаз!
«Орилоунский «призрак»!» – подумал без удивления Лондон, продолжая ползти к люку, нащупал края, приподнялся, и ему показалось, что маатанин плюнул в него струей черного пламени…
Мальгин выключил проектор и некоторое время сидел с эмканом на голове, вспоминая спокойное и уверенное лицо Майкла Лондона, потом снял легкую дужку эмкана – аппарата пси-управления, подержал над столом и отпустил. Дуга превратилась в бутон цветка, втянулась в блестящую гладкую поверхность, в глубине которой разгорались и гасли строки сообщений внутриинститутской информсети.
Итак, совершенно очевидно, что, если бы не орилоунский «глазастый» фантом, «черный человек» взорвался бы по-настоящему и загадил атмосферу, как тысяча Чернобылей, вместе взятых! Мальгин невольно поежился. Спаси и помилуй!.. Но энергетического взрыва не произошло.
