Чернокнижник

— Предпочитаю позавтракать зайчатиной, надеюсь, Армон припас свежатину, пока мы гуляли.

— Как ты его найдешь? — Девушка зябко закуталась в мой плащ, но все равно дрожала.

— У меня с ним связь на крови, — недовольно буркнул я, раздражаясь все сильнее.

— Как… со мной? Ты так меня нашел? Из-за связи?

— Да. Но я не знаю природу того, что связало нас. Не знаю, не понимаю и не хочу знать. В круг, Одри.

Она осторожно зашла, покосившись на налившиеся синевой руны. Магия отзывалась тяжело, неохотно, и ее поток я с трудом удерживал. Что-то в этом месте действительно было не так…

— Глаза закрой, — приказал я и выкинул последний аркан. Одри послушно смежила веки и от того не увидела, как в момент моего заклинания в линию круга ударила молния. Фиолетовый шипящий и искрящийся зигзаг вошел в землю почти возле моей ступни столь неожиданно, что я даже не успел выругаться. И «…мать твою, гребаные демоны и паскудная Изнанка» — я произнес уже на знакомой мне скале, под двойным небом.

— Да сколько можно?! — обозлился я, оглядываясь на опостылевшую развилку дерева и снежный вихрь за кромкой травы. — Эй, есть тут кто? Дориан, дружище, ты еще жив? Ну, или что там от тебя осталось? Кто-нибудь может мне объяснить, какого хрена я сюда попадаю? Ау, аборигены, где вы?"

"Возможно, орать на Изнанке — не самое умное решение, но мне действительно все это опостылело до зубовного скрежета. К тому же, нутро просто разрывалось от боли, значит, Одри заметила мое отсутствие. И где она теперь? Сколько прошло времени? Успел ли сработать портал? Очевидно нет, или сработал, но к Армону девушку не вернул. Иначе меня так не крутило бы. Ей плохо. И мне, соответственно, тоже.

— Эй, уроды четерхлапые, где вы? Дориан, покажись!

Но в ответ лишь выла метель, и никаких признаков жизни.

— Нет, раз вы меня сюда таскаете, то, может, объясните — зачем? — вновь заорал я. — Или кишка тонка? Эй, здесь есть хоть кто-нибудь с крупицами смелости или…

Скала исчезла, словно ее смыло потоком воды.

— …лишь трусливые девки, — закончил я.

И не успел увернуться, получив обжигающую пощечину.

— Ты! Сволочь! Я же поверила! Ты бросил меня! Бросил!

Одри трясло, но она исступленно орала и пыталась драться. Правда, хватило ее лишь на один раз, дальше я уже сгреб девчонку и скрутил, не позволяя бросаться на меня.

— Успокойся! — встряхнул ее слегка, надеясь, что этого будет достаточно. — Одри, я не нарочно! Прекрати лягаться, коза ты драная!

— Что-о-о?! Ты меня бросил здесь! Одну!

— Одри!

— Бросил! Я тебе поверила!

— Не надо мне верить! — я уже тоже ору, а ведь собирался все спокойно объяснить. Но когда меня бьют, спокойно как-то не выходит.

— Я тебя ненавижу! Ты… ты…

— Что я? А, зараза, больно же!

— Ненавижу!

Я набрал в рот воздуха. Говорить Одри об Изнанке не хотелось.