Частная Академия (СИ)

Все, что я хочу, — это вылезти из чертового бассейна. Слез нет, мне больше не стыдно за себя, за свою беспомощность. Я оглушена и ничего не чувствую. Не реагирую на возмущенный гул, когда стряхиваю с себя грязь. Рядом стоят испуганные девчонки, Шелест, Ира и Лена. Они в ужасе таращатся на меня.

— Два-ноль в пользу Шаниной! — усмехается Вэл. — А она не такая уж уродина, Стэн. Давай, детка, добей этих двух куриц.

До меня не сразу доходит, что Селиванов говорит про Катьку со Светкой. Те никак не могут вылезти из жутко скользкого бассейна с грязью.

— Иди к черту, урод! — выдыхаю я.

— Я их пальцем не трону!

Вэл презрительно морщится:

— За урода молить будешь прощения! Так, телочки, — обращается он к трем девчонкам. — Марш в бассейн. Покажите, на что способны.

— Юль! Не надо!

Ловлю Шелест за руку, но та отталкивает меня и лезет в бассейн вместе с Ирой и Леной. Они неловко дерутся, забрасывая друг друга грязью, пытаются сбить с ног. Не могу на это смотреть!"

"Стэн оказался прав, а я — нет. Все можно купить и продать: людей, их чувства и устремления, их желания. Можно запугать и заставить человека делать все что угодно. Они хозяева этой академии, и когда выйдут из нее, станут хозяевами жизни.

А я наивная деревенская дурочка, которая почему-то решила, что совесть и порядочность так же ценны, как власть и успех. И что своим трудом смогу сама всего добиться. Это все несправедливо. Так не должно быть. Мир другой, он не может быть таким жестоким и циничным!

Замечаю Шмелева. А он спокойно себе сидит за одним из столов, уже одетый, и наблюдает за девчонками. И это тот, кто еще в сентябре говорил, что эти мажоры — просто тупые маменькины детки и что он никогда не будет с ними общаться.

— Доволен, да? — Шумский радуется как ребенок, что девчонки дерутся, и меня прорывает: — Чувствуешь себя победителем? Королем академии? Показал грязи ее место? Вот только ни ты, никто из вас в белом ни черта собой не представляете! Без денег и власти ваших родителей вы никто, вы не выживете!

Мне плевать на гул и свист, на выкрики, чтобы я заткнулась, на телефоны, наведенные на меня, на злобно ухмыляющегося Стэна. Лишь когда слышу шум подъезжающей машины, оборачиваюсь.

— Опа-на! — выдыхает какой-то парень, глядя на дорогу. — Вот сейчас начнется настоящее посвящение!

Глава 20

Серебристый «Ягуар» приближается к нам неторопливо и как будто осторожно.

Но все, я уверена, абсолютно все чувствуют угрозу, исходящую от этой хищной машины. А особенно от того, кто сидит за рулем.

— Темный приехал, — присвистывает у меня за спиной Селиванов. — Стэн, ты же говорил, он забил на твой приглос.

Все замолкают, кто-то даже успел выключить музыку, и теперь отчетливо слышно, как шины «Ягуара» мягко шуршат по гравию.

Поежившись, обхватываю себя руками, но не только от холода.