Чаща

— Только не привыкай к этому.

Я дал отбой. Неужели я сказал что-то неподобающее? Или правильно отреагировал на ее шутку об «аппетитном заде»? Так легко критиковать политкорректность. Перехлесты превращают ее в удобную цель для насмешек. Но мне также приходилось видеть, что получается, когда сотрудники о ней забывают. Поверьте мне, хорошего мало.

Политкорректность — вроде слишком строгих правил безопасности для детей, которые ныне приняты. Твой ребенок должен всегда носить велосипедный шлем. На игровой площадке должен лежать рыхлый защитный слой, а в спортивном зале ребенок не может забираться слишком высоко.

И да — ребенок не должен идти один, если ему нужно пройти больше трех кварталов. А еще не забудьте про защиту глаз. Легко над этим смеяться. Некоторые остряки даже рассылают друг другу сообщения: «Эй, мы это сделали и выжили». Но если уж по правде, многие дети не выживают.

Раньше у детей было гораздо больше свободы. Они не знали, что зло таится в темноте. Некоторые ездили на лето в лагерь, система безопасности которого оставляла желать лучшего, и детям позволяли быть детьми. Кто-то из них тайком уходил ночью в лес, а потом их больше не видели…

Люси Голд позвонила в комнату Сильвии Поттер.

Трубку не сняли. Неудивительно. Она заглянула в телефонный справочник университета. Номера мобильников в нем не значились. Она вспомнила, что Сильвия пользовалась блэкберри, и отослала короткую эсэмэску с просьбой связаться с ней как можно быстрее.

Сильвия откликнулась менее чем через десять минут:

— Вы хотели, чтобы я позвонила, профессор Голд?

— Да, Сильвия, благодарю. Ты не могла бы заглянуть в мой кабинет?

— Когда?

— Сейчас, если можно.

Короткая пауза.

— Сильвия?

— У меня вот-вот начнется семинар по английской литературе. Сегодня я выступаю с докладом. Могу я зайти после семинара?

— Конечно.

— Через два часа?

— Отлично. Буду тебя ждать.

Вновь пауза.

— Можете сказать, в чем дело, профессор Голд?

— Никакой спешки нет, Сильвия, не волнуйся. Увидимся после твоего семинара.

— Привет, — поздоровалась со мной Лорен Мьюз.

Наступило следующее утро, я направлялся к зданию суда. Через несколько минут Флер Хиккори начинал перекрестный допрос.

— Привет, — ответил я.

— Ты ужасно выглядишь.

— Да, сразу видно опытного детектива.

— Волнуешься из-за перекрестного допроса?

— Конечно.

— Шамик его выдержит. Ты отлично поработал.

Я кивнул, но без должной уверенности. Мьюз шла бок о бок со мной.

— Насчет того номера, что ты мне дал… Плохие новости.

Я ждал.

— Телефон одноразовый.

То есть кто-то купил за наличные определенное количество минут и не оставил ни адреса, ни фамилии.

— Меня интересуют только звонки, как с этого номера, так и на него.

— Это сложно. По обычным каналам невозможно установить.