Чаща

Мне хочется верить, что человек, особенно женщина вашего возраста, получает такую должность благодаря таланту и опыту. Но я живу в реальном мире. Понимаю, что такое протекция и подхалимство. Вот и спрашиваю…

— Эту должность я заслужила.

— Я в этом не сомневаюсь, но…

Мьюз покачала головой:

— Не могу поверить, что мне приходится что-то вам доказывать.

— Но, увы, дорогая моя, приходится. Потому что если бы расследование вели вы, а я бы вмешался, и вы знали, что я помчусь домой и кое-что сообщу своему боссу… который, между прочим, лицо заинтересованное… как бы вы себя повели?

— Вы думаете, я пренебрегу его заинтересованностью?

Лоуэлл пожал плечами.

— Будь я помощником шерифа, получившим эту должность от шерифа, который как-то связан с убийством, которые вы расследуете, что бы вы подумали?

Мьюз откинулась на спинку стула.

— Логично. Чем я могу вас утешить?

— Дать мне время на идентификацию тела.

— Вы не хотите, чтобы Коупленд узнал о наших находках?

— Он ждал двадцать лет. Что решает день-другой?

Мьюз уже поняла, куда он клонит.

— Я не хочу мешать расследованию, но у меня нет ни малейшего желания лгать человеку, которому я полностью доверяю.

— Жизнь никому не дает поблажек, следователь Мьюз.

Лорен нахмурилась.

— И вот что еще я хочу, — продолжил Лоуэлл. — Скажите мне, почему Барретт прибыл сюда с этой игрушкой для поиска давно похороненных тел?

— Я вам уже говорила: он хотел проверить свою новую машину в полевых условиях.

— Вы работаете в Ньюарке, штат Нью-Джерси. И вы говорите мне, что во всем штате не нашлось места, где бы он мог ее испытать?

Мьюз понимала, что шериф прав. Пришла пора раскрыть карты.

— В Нью-Йорке нашли убитого мужчину. Мой босс думает, что это Джил Перес.

Лицо Лоуэлла мгновенно утратило бесстрастность.

— Повторите еще раз.

Мьюз уже собралась все объяснить, когда в дверь ворвалась Тара О'Нилл. Лоуэллу явно не понравилось, что им помешали, но его голос остался нейтральным:

— Что случилось, Тара?

— Я кое-что нашла, — ответила коронер. — Думаю, важное.

После ухода Коупа Люси просидела в машине добрых пять минут. С губ не сходила улыбка. Она все не могла отойти от его поцелуя. Большие сильные руки, которые касались ее лица, его взгляд… как же это волнующе!

Прекрасно.

Она просмотрела коллекцию дисков. Нашла Бена Фолдса,[46] поставила песню «Бетонный блок». Люси так и не поняла, о чем песня — о передозировке наркотиков, аборте, духовном крахе, но в самом конце речь шла о том, что женщина — тот же бетонный блок, она тащит на дно.

Грустная музыка лучше выпивки, думала Люси. Но не намного."

"Выключив двигатель, она увидела, как зеленый автомобиль, «форд» с номерными знаками Нью-Йорка, подъехал к самому входу в дом престарелых. Остановился под знаком «Стоянка запрещена».