Час негодяев

Для того чтобы ответить на пятерку, ему достаточно было взять учебник и один раз прочитать…

Неизвестно, кем бы он стал в единой стране. Неизвестно, чем бы в единой стране стал Днепропетровск. Неизвестно, как бы сложилась в единой стране судьба Украины. Падение СССР – это во многом результат игры трех игроков – Михаила Горбачева, Бориса Ельцина и Леонида Кравчука. Ельцин не мог ничего сделать с Горбачевым, у него не было легальной возможности ни скинуть его, ни занять его место самому. Кравчук, в общем-то, не был каким-то злостным сепаратистом, просто он последовательно реализовывал существовавшую еще при Шелесте установку киевской интеллигенции и номенклатуры как минимум на максимальную автономию, а как максимум – на независимость.

Украинская верхушка хотела независимости еще в семидесятые-восьмидесятые, и Кравчук просто пытался это реализовать без социального конфликта и крови. На каком-то этапе интересы и векторы усилий Ельцина и Кравчука совпали – результат мы видим по Беловежской Пуще. Но вот в дальнейшем Ельцин и Кравчук видели будущее совсем по-разному. Ельцин полагал, что развал – это ненадолго, и делал все, чтобы сохранить политический контроль над Украиной, одновременно резко размежевываясь экономически. У Ельцина была команда Гайдара, чтобы провести самые болезненные реформы, и был Газпром как источник выручки. У Украины не было ни того ни другого. Кравчук старательно вычеркивал из текста соглашений по СНГ то, что могло быть потом использовано как средство лишения Украины независимости, например, единые военные и милицейские структуры. Но при этом он выступал за тесное экономическое взаимодействие на период окончательного развода, например, предлагал на какое-то время ввести некий единый переходный рубль. Конечно, Кравчук делал это в интересах Украины, его целью был именно полный развод. Ельцин отказался принимать экономический план Кравчука, в результате экономика Украины рухнула в глубокую пучину. Отрезанная от основного рынка сбыта, от привычных правил, Украина камнем пошла на дно…

Рабинович первый кооператив открыл уже в восемьдесят восьмом. Мафия в Днепре уже была солидная, всесоюзного уровня.

Девятнадцатого авгус-та девяносто первого он был в Москве, вместе с партнерами меняли доллары – тогда подсудное дело. Встреча была ночью. На дороге. Услышали шум, увидели идущие танки, схватили каждый свое и разбежались.

В начале девяностых он торговал всем, начиная от компьютеров и заканчивая женскими прокладками. Но уже тогда он понимал, что будущее не в этом. Под ногами валялись, подобно умирающим китам, гиганты отечественной промышленности, созданные трудом поколений людей. Лежали, умирая.