0
0Обернулся – какие-то пацаны в касках и с палками пристроились ко мне. Ищуще смотрят на меня. У одного щит.
Ладно…
– В армии кто служил?
Один поднял руку.
– Ты – старший. За мной…
Чем я думал, когда с голыми руками шел на снайпера в гостинице? А хрен его знает, чем я думал. Ничем я тогда не думал. Я думаю, на всем Майдане в тот момент не нашлось бы человека, который бы о чем-то думал.
К входу тащили раненого, и как-то так получилось, что нам удалось попасть в холл вместе с этим раненым и людьми, несущими его, – как-то так, за компанию, пропускного режима толком не было.
Кто-то снимает…
Белые колонны, и наклеенные листки с красным крестом."
"Прошли на лестницу – лифтом в таких случаях никто не пользуется. Лестница довольно широкая, но с низким потолком, типично советская лестница – перила высокие. Между вторым и третьим этажом стекло разбито, явно пулей. Следы от пуль на стене и на лестничном марше, на «изнанке».
Где я был бы, если бы был снайпером? Пятый этаж? Шестой? Седьмой?
Оглянулся. Четыре человека – за мной. Ну и как чистить – палками?
Прежде чем я успел что-то придумать, открылась дверь, и на лестничный пролет ступил человек.
Я посмотрел на него, он – на меня. Ни слова не говоря, он бросился назад, в коридор. Я – за ним…
Мы бежали, тяжко топая и задыхаясь, и на нем, и на мне была тяжелая зимняя одежда. У меня оружия не было совсем. У него, может, и было, но воспользоваться им он не успевал.
Наверху я едва не схватил его – ухватил за ногу, когда он лез на чердачную лестницу. Он дрыгнул ногой. Попал мне по голове – и прилично так попал, аж в глазах потемнело. Я свалился, пацаны протопали, один сразу полез наверх, затем – второй. Никогда не полез бы вот так, без оружия, на темный чердак ловить, скорее всего, вооруженного, загнанного в угол и готового на все человека.
А они полезли.
Оставшийся внизу помог мне подняться, я тряхнул головой.
– Допомога нужна?
Я молча полез следом…
На чердаке темно, не работают лифты, но коробки здесь, огромные короба лифтового хозяйства, используя которые можно игру в прятки устроить, только по настоящим ставкам. Дверь, ведущая на саму крышу, настежь, я прошел к ней, обо что-то споткнувшись, но не упал. Выбрался… вольный ветер принес запах гари и свежести, я чуть не упал. Пацаны молча стояли у края.
Я подошел к ним.
– Упал?
– Так… – ответил один.
