0
0Наверное. А может, и нет.
Не знаю…
Я прибыл в Киев около одиннадцати часов…
Первое, что запомнилось, милиции на блоках уже не было. «КамАЗ», который должен был перекрывать въезд в город, отодвинут в сторону. Оголенные блоки – это уже первый признак того, что все начало сыпаться как карточный домик…
Удивительно, но мне не удалось найти такси. Сел на маршрутку, идущую в сторону Майдана. Среди обычных пассажиров резко выделялись двое в бундесовских флектарнах и еще один – молодой парень с большой сумкой. В ней позвякивало стекло и пахло бензином. Эти запахи – гари и бензина – каким-то образом уживались с обычным, со старушками, с какими-то смурными мужиками в тесном пространстве старого желтого «богданчика»…
Дурдом.
На баррикаде, через которую я проходил, когда встречался с Вячеславом в январе, какие-то люди, с виду совсем ошалелые… с сорванной крышей, как-то хаотично перемещающиеся, на вид не подчиняющиеся никаким командам. Я видел человека, который разговаривал сам с собой, я видел человека в каске, который просто стоял, прислонившись к стене, и тупо смотрел перед собой, как будто завис. Наверное, меня не пропустили бы, но мне повезло – на баррикадах стояла та же самая смена, что и в тот день.
– Пропусти, я его знаю…
Патрульный, одетый как выживший в апокалипсисе, отступил в сторону. Я подошел к отдыхавшим самооборонцам.
– Вячеслав где?
Парень, смотревший как будто сквозь меня, пожал плечами:
– Не знаю. Там посмотри…
Махнул рукой куда-то в сторону Дома профсоюзов…
То, что я увидел в самом эпицентре Майдана, было страшно.
Громадина Дома профсоюзов вяло курится дымком, ее никто не тушит, видно, что она горела долго и выгорела дотла.
Усталые люди у палаток, нет тех девушек с кофе и бутербродами.
Начал подниматься по Институтской, услышал выстрел, шарахнулся в сторону. Потом понял – некуда идти, прилетит так прилетит…
Откуда стреляли, я определил, – гостиница «Украина», больше неоткуда. Звездец полный…
И я пошел вперед…
Проскочил под окна – место не совсем безопасное, но из окна выстрелить уже не получится, придется высовываться с винтовкой чуть ли не по пояс. Бросил взгляд вправо: кипеж на ступенях Жовтневого паласа – там человека подстрелили.
