7
0
Что бы это могло значить?
Неужели Эджвуд почему-либо решил, что Евдокимов тоже принадлежит к иностранной агентуре, ищет с ним встречи?
Евдокимов размышлял и колебался…
Но Эджвуд настойчиво повторил еще раз:
- Дядя Витя заболел.
Ну что ж, попробуем; Евдокимов знает отзыв, посмотрим, что из этого получится… Евдокимов согласно кивнул и ответил:
- Надо обратиться к доктору.
Эджвуд прищуренными глазами посмотрел на Евдокимова.
- Нет, не надо, - холодно сказал он. - Дядя Витя умер.
Евдокимов не понял Эджвуда.
- Да, дядя Витя умер, - повторил тот. - Если вы познакомились с дядей Витей, ему делать больше нечего.
- Я вас не понимаю, - неуверенно сказал Евдокимов. - Если кто-нибудь болен, всегда надо обращаться к доктору.
- Но зато вас я очень хорошо понимаю, - сказал Эджвуд. - Я не знаю, каким образом вы узнали пароль, но, поскольку вы его узнали, он больше не существует. Это была последняя проверка, которая открыла мне ваше истинное лицо.
- Но позвольте, мистер Роберт! - воскликнул Евдокимов. - Не требуется большой проницательности, чтобы знать, кто я такой. Евдокимов Дмитрий Степанович…
- Возможно, что вас действительно зовут Евдокимов, - сказал Эджвуд.
Галина молча посмотрела на своих кавалеров. Эджвуд с подчеркнутым презрением посмотрел на Галину и пренебрежительно сказал:
- У вас нет никаких способностей стать артисткой, вы очень плохо хромали, а иногда даже забывали хромать. Вначале я думал, что это ваш каприз. Но когда я убедился, что в машине был кто-то посторонний, мне стало все ясно…
Он отвернулся от Галины и принялся неотрывно смотреть на Евдокимова.
- Вы выбрали для меня плохого агента, мистер Евдокимов, - сказал он, указывая глазами на Галину.
"- Но, мистер Эджвуд! - воскликнул Евдокимов. - Ваши подозрения…
- Выслушайте меня, - остановил его Эджвуд. - Я, конечно, понимаю, что за мной не могут не следить, и вы давно уже возбудили во мне подозрение. Слишком часто сталкивались вы со мной в этом кафе, а я не верю в случайности. Вы сами еще неопытный агент, и поэтому я решил открывать перед вами карты.
Он полез в карман и достал записную книжечку в серебряном переплете.
- У меня здесь записано, - сказал он. - Я люблю собирать фольклор в тех странах, где я работаю. Это не запрещается. Вот… Не пойман - не вор. Я не пойман, поэтому я не вор, и советую вам оставлять меня в покое.
- Спасибо за науку, мистер Эджвуд, - вежливо ответил Евдокимов.
