7
0- Рад вас видеть!
Его тон не предвещал ничего хорошего: подчеркнутая любезность означала, что генерал не в духе. Он испытующе посмотрел на Евдокимова.
- Как там у вас? - спросил генерал.
- Насчет Анохина?
- Вы догадливы, - ответил генерал. - Совершенно верно, меня интересует ваш подопечный.
- О покушении на ребенка я вам докладывал, - сказал Евдокимов. - После этого не произошло ничего существенного.
- Наступило, так сказать, затишье? - спросил генерал. - Жадов на некоторое время притих и не подает признаков жизни?
- Так точно! Наступило некоторое затишье.
- Вы так полагаете? - спросил генерал с нескрываемой язвительностью.
- Так точно! - подтвердил Евдокимов, не понимая, почему генерал сердится.
- Ну-с, докладывайте, - сказал генерал. - Что же вы делаете?
- За Анохиным неотступно наблюдают два наших работника, - доложил Евдокимов. - Я тоже не выпускаю его из своего поля зрения.
- А Жадов? - нетерпеливо перебил генерал. - Я уверен, Жадов тоже неотступно кружит возле Анохина…
Он взмахнул перед лицом Евдокимова какой-то газетой.
- Вы эту газетку знаете?
Он протянул газету Евдокимову. Это был номер «Посева», эмигрантской русской газетки, издаваемой в Западной Германии.
- Видеть ее видел, - сказал Евдокимов, - но вообще не читаю.
- И напрасно! - Генерал помахал перед собой пальцем. - Из этого поганенького листка можно извлечь кое-что полезное…
Евдокимов ждал, что скажет генерал.
- Садитесь, садитесь, Дмитрий Степанович, - предложил ему генерал. - «Сейте разумное, доброе, вечное!» Вот «Посев» и сеет. Посмотрите на последнюю страницу, найдите там некролог…
Евдокимов пробежал глазами по странице.
- «Смерть предателя»? - спросил он, прочитав один из заголовков.
- Да-да, - оказал генерал. - Прочтите и скажите мне, что вы думаете по этому поводу.
Евдокимов прочел статейку. Оказывается, она была посвящена Анохину. В статейке говорилось о том, что Павел Анохин, выдававший себя за деятеля русского национально-освободительного движения, оказался чекистским провокатором и по решению штаба повстанцев, активно действующих под Москвой, приговорен к смерти и казнен…
«Так будет поступлено со всеми, - заканчивалась статейка, - кто вздумает изменить благородному делу освобождения России от ненавистного коммунистического ига».
- Ну-с, что вы по этому поводу скажете? - спросил генерал.
- Ерунда какая-то, - ответил Евдокимов. - Анохин жив и здравствует. Обычная брехня!
- Нет, не брехня, - возразил генерал. - Они знают, что пишут. Если они пишут, что он убит, значит, они уверены в том, что он убит или будет со дня на день убит. Понятно? И если он в данную минуту еще не убит, его смерть ходит за ним по пятам. Это дело их престижа!
- В таком случае дело нашего престижа не допустить этого убийства, - сказал Евдокимов.
