Букет алых роз

Лишь после тщательного изучения удостоверения она впустила его в квартиру.

Наташа Сомова с рукой на перевязи сидела на диване в своей комнате. Евдокимов постучал.

- Вы ко мне? - не слишком приветливо спросила она.

- Если вы Наташа, то к вам, - сказал Евдокимов, улыбаясь.

- Я Наташа, - подтвердила она. - Но я не сделала ничего особенного и не хочу об этом разговаривать.

- А вы не знаете, зачем я пришел, - улыбнулся Евдокимов. - Поэтому можно быть и поприветливее.

Наташа испытующе поглядела на Евдокимова.

- Вы не из «Пионерской правды»? - недоверчиво спросила она.

- Нет, - заверил ее Евдокимов.

- И не из «Комсомольской»? - спросила она.

- Нет, - сказал Евдокимов.

- А то я терпеть не могу заметок о старушках и утопающих детях! - резко сказала Наташа.

- О каких старушках? - не понял Евдокимов.

- Которых пионеры переводят через дорогу, - сказала Наташа не без юмора, явно кого-то копируя. - Пионер Костя Иванов отличается высоким пониманием пионерского долга и четвертого апреля, в пятнадцать часов ноль-ноль минут, на углу Садовой и Самотечной перевел престарелую пенсионерку З.В.Хлестову через улицу!

- А что тут плохого? - спросил ее Евдокимов.

- Ничего плохого, но и ничего особенного, - насмешливо ответила Наташа. - По-моему, это просто неестественно - удивляться тому, что в советском обществе хороших людей больше, чем плохих!

- Так не волнуйтесь, я не пришел восхищаться вами, - серьезно сказал Евдокимов. - Я к вам по делу.

Наташа вдруг засмеялась.

- Да вы садитесь, я не кусаюсь!

Евдокимов сел.

- Я серьезно по делу, - сказал он. - Я именно потому и пришел, что вы так мужественно вели себя с этим негодяем.

- Ну во-от, так и знала, - разочарованно протянула Наташа. - А теперь начнете расспрашивать, как, да почему, да отчего.

- Нет, - сказал Евдокимов. - Я работник специальных органов, и меня интересуете не вы, а тот, кто вас ранил. Понятно?

- Ну это - другое дело, - сказала Наташа. - Но только что я могу о нем сообщить? Я видела его всего несколько минут, а когда он меня ранил, даже не видела, я, должно быть, зажмурилась и только орала от страха.

- А какой он из себя? - спросил Евдокимов. - Попытайтесь, расскажите.

- Неприятный, - ответила Наташа. - Мне он сразу не понравился.

- Маловато! - усмехнулся Евдокимов. - Высокий, низкий, толстый, худой, безусый, усатый? Все это очень важно.

- Высокий, немолодой, худой, - сказала Наташа.

- А подробнее? - попросил Евдокимов.

- А больше я не запомнила. Вот если бы мне его показали, я бы узнала.

- Так всегда! - с досадой сказал Евдокимов. - Чтобы показать, надо найти, а чтобы найти, надо знать, кого искать. Высоких и худых по Москве миллион ходит!

Наташа вздохнула.

- Жаль, что я не могу быть вам полезна, но ничего не поделаешь…

- О нет! - сказал Евдокимов. - Вы можете быть полезны, и потому-то я и пришел.