2
0"
"Да и в том, что чужой, что-то теперь сомнения берут…
Глава 16
Тимирязевская сорок пять — это в Крестах. В громадном частном секторе, где, кажется, даже почта не в курсе, сколько именно там адресов.
Мы с Ванькой находим нужное место далеко не сразу и какое-то время тупим перед ветхим заборчиком, за которым едва видна из-за зелени многолетних деревьев крыша старого домика.
— Че-то тупо тут, — Ванька, за время дороги вернувший себе привычный вид бывалого опытного парня, презрительно цыкает зубом, и, не обращая внимания на мой неодобрительный взгляд, подходит и мотает штакетину заборчика вперед и назад. Я смотрю, как вся конструкция шатается, вздыхаю. Ничего, главное, чтоб внутри было что попить хотя бы. А то у меня наличных нет, только карточка, а светить ее страшно.
Так быстро если нашли, где работаю, значит, и операции по карте могут отслеживать.
Симку из телефона я уже вытащила и выкинула и из Ванькиного телефона тоже. Будет нужно, купим новые, чуть позже. Когда ситуация хоть немного прояснится.
Сердце не на месте из-за Иваныча. Этот жест его характерный, проверяющий, на месте ли нож, до сих пор перед глазами. Очень надеюсь, что ему ничего не сделают. Старик все же, должно быть в этих скотах хоть что-то человеческое…
Пока я думаю, Ванька легко перемахивает через забор и мягко спрыгивает с той стороны!
Я только рот раскрыть успеваю. Правда, опомнившись, шепотом ору, гневно и напуганно:
— А ну вернись! Вернись!
Он хихикает, затем какое-то время шебуршит травой и , наконец, открывает мне калитку.
Я залетаю во двор, захлопываю калитку сразу на засов и, развернувшись, грозно шепчу:
— С ума сошел? Не делай так! А вдруг тут?..
— Да ладно тебе, Ань, — примирительно шмыгает этот засранец носом, — тут же не высоко…
— А если бы тут грабли? Что-то острое? Собака?
— Ну все-о-о-о… — закатывает он глаза и , развернувшись, топает в сторону ветхого крыльца.
Я какое-то время оторопело смотрю ему в спину, соображая, что делать. Надо же внушение… Беседу, там, воспитательную… Вынос мозга…
Прикидываю мысленно саму процедуру и вздыхаю. Не получится из меня родителя. Даже ответственного взрослого не получается, черт… Он меня ни во что не ставит, воспринимает ровесницей…
Ванька, вообще не замечая моего педагогического катарсиса, доходит до крыльца, вставляет ключ в замок и распахивает дверь.
Мне ничего не остается, кроме как топать за ним. Может, как-нибудь потом проведу беседу…
Хотя, это смешно, учитывая нашу тупую ситуацию. Тут бы в живых остаться, а я про воспитание думаю. Слишком вошла в роль родительницы.
Домик маленький, небольшие холодные сени и одна комната, совмещающая кухню, зал и спальню.
Мы зажигаем свет и садимся за стол, покрытый старой клеенкой.
