4
0Она намекнула, что это может быть ее клетка!
Бл*дь! Я убью эту дуру!
— Я с этим разберусь, — пообещал коротко. — Ни о чем не волнуйся.
— Не волноваться? Ты серьезно?? Да вы все как сговорились против меня!
Не выдержав, я резко поднялся на ноги. Обойдя стол, остановился напротив бывшей жены и спросил:
— Ты же не думаешь, что я имею к этому какое-то отношение?
Она отвела глаза, а я невольно поморщился от того, как горько вдруг стало во рту.
— Я не знаю. И не хочу знать, — наконец ответила Ксю. — Я просто хочу, чтобы меня оставили в покое! Неужели это так трудно?!
— Труднее, чем ты думаешь, — произнес негромко — скорее для себя самого, чем для нее.
— Что? — переспросила Ксю, но я, поведя плечами, ответил:
— Я решу эту проблему. Она больше тебя не потревожит. Хотя, для собственного спокойствия, тебе наверно стоит съездить в клинику и выяснить у них все насчет еще одной возможной ошибки.
— Это я и собираюсь сделать.
— Прекрасно.
Больше говорить нам было не о чем. Открыв перед Ксю дверь, я собирался выйти следом сам, как вдруг услышал:
— Дорогой, я так рада тебя видеть!
Вторая бывшая жена стояла на пороге, всем своим видом выказывая дикий восторг от нашей встречи. Но я никогда не верил в искренность чего бы то ни было, исходящего от этой женщины.
— Ты-то мне и нужна, — проговорил угрожающе и, когда Ксения потянулась, чтобы поцеловать меня, схватил ее за запястье и втащил в кабинет, закрыв за нами дверь.
— Обожаю, когда ты ведешь себя, как дикарь! — промурлыкала она, а я, смерив ее взглядом, полным отвращения, сходу перешел к делу:
— Откуда тебе стало известно о беременности Ксю?
— Мне позвонили из клиники и обо всем рассказали. О, Макс, это так чудесно!
Чего, бл*дь? Если это и было чудесно, то точно не для нее!
— Не понимаю причины твоей радости, — заметил холодно.
— Ты что, дорогой? — округлила она удивленно глаза. — Это ведь может быть наш ребенок! Твой и мой! Мы же так мечтали об этом!
- К этому ребенку ты не имеешь никакого отношения, — отрезал не терпящим возражения тоном. — И если еще раз подойдешь к его матери — сильно пожалеешь!
— Теперь я тебя не понимаю, — ответила Ксения и у нее даже слезы на глазах выступили. Талантливо, но меня этим было не пронять. — Это может быть наш второй шанс! Даже если это не моя клетка, я готова принять этого ребенка, как родного!
Взметнув руку, я сжал пальцами ее подбородок, заставляя замолчать, и угрожающе отчеканил:
— Не будет никакого второго шанса. Мне больше не нужен суррогат.
Ее губы дрогнули, складываясь в кривую усмешку.
— Да уж, за меня ты так никогда не заступался.
— Ты знала, чего ждать, когда выходила за меня замуж, — ответил, отпуская ее и отходя на пару шагов назад. — Я не обещал тебе того, чего не мог дать.
