Большой куш

– Они прилетели в двенадцать десять! – доложил Гора. – Их встретили, как важных гостей на свадьбе. Отвезли в «Узбекскую кухню», там вокруг у них целая банда…

– Я думаю, может, они подлянку готовят? – спросил Весло.

– Я тебе что, поручал думать?! – цыкнул Корнилов. – Или совета спрашивал? Иди, жди во дворе!

Весло, помрачнев, вышел. Впрочем, он всегда был мрачным.

– Фоме звонил? – спросил Ярема.

– Звонил. Сказал, все условия выполнили, сидим, ждем.

– А он?

– Что он?! Что он может сказать? Все ждем вечера. Тем более у Фомы непонятки какие-то вылезли.

– Какие непонятки?

– Позвони, спроси, раз такой любопытный.

Я боталом зря махать не привык! А то враз вырвут!

«КАМаз» неотвратимо приближался к Тиходонску.

* * *«Американцев» практически освободили от текущей работы. Они шлифовали планы операций «Сделка» и «Сделка-2», продумывали переход от одного варианта к другому, предусматривали возможные осложнения… Козловский, Сероштан и Феклистов умирали от любопытства, а Лимонов напрямую стал приставать с расспросами, но Бобров рявкнул, чтобы они не совали нос в чужие дела, а тщательней занимались своими, и коллеги оставили их в покое.

Но на убийство Золотого пришлось ехать: это была линия их отдела, Степанов разрабатывал его несколько лет и даже приземлял на пятерик.

– Смотайтесь быстро, гляньте обстановку, потом рапорта напишете, чтобы его дело навсегда закрыть и сдать в архив, – сказал Бобров. – А то заключение «Отошел от преступной среды» – оно ни туда, ни сюда… Сегодня отошел, а завтра опять подошел…

На базе отдыха уже работала следственно-оперативная группа. «Американцы» вошли в дом. Незнакомый следак заканчивал протокол, эксперт-криминалист отснял крупный и общий планы, попробовал снять отпечатки, но похоже, преступники их не оставили.

Даже привычных ко всему оперов ужаснула увиденная картина. Золотой лежал в луже крови, она расползлась на полкомнаты, и все, кто работал на месте происшествия, не могли ее обойти, поэтому полы, домотканая дорожка, веранда и даже асфальтовая тропинка, ведущая к дому, были заляпаны кровавыми следами.

– Что там? – кивнув на труп, спросил Васильев у снимающего резиновые перчатки судмедэксперта.

– Ножевые, три, – буднично ответил тот. – Одно поверхностное – по лопатке вскользь прошло, второе – в правый бок, проникающее, ну и горло от уха до уха.

Это уже было лишним. Эмоции.

– Ясно.

Они вышли во двор. По Дону тяжело шла груженая баржа, оставляя за собой мелкие суетливые волны. Низко, с заполошными криками, летали речные чайки. Легкий приятный ветерок был насыщен запахом воды. Опера из ОП-3 прошли по мокрому песку на соседние участки – свидетелей ищут.

На место выехал и начальник УР города Коренев – знаменитый Лис. Впрочем, он выезжал на все убийства.