4
0
Впрочем, откровенно говоря, и мы поначалу были в чем-то виноваты, не сразу разгадали натуру Алексея, не сразу вникли в его прошлое. В особенности, конечно, я…
— Как же из Кирьяноза получился отличный пограничник?
— А все началось с первого шквала. — Баулин снова посмотрел на часы. — Сейчас-то уж некогда. Напомните, расскажу в другой раз. Спокойной ночи, располагайтесь как дома.
— А как же… Чем утром накормить Маришку?
— Что ж вы думаете, мы бобылями живем? — улыбнулся Баулин. — Мы с соседями — одна семья. Да Мариша раньше вас встанет. Она еще сама вас чаем напоит, она у меня самостоятельная!
Провожая Баулина, я вышел на крыльцо.
"Снизу, из-под утесов, доносился тяжелый, перекатистый гул океана.
Глава вторая Первый шквал
Проснувшись среди ночи, я не вдруг сообразил, где нахожусь, прислушался: под утесами ревел штормовой накат, дробно постукивали ставни, завывало в трубе.
Я поискал папиросы, но вспомнил, что в доме не курят. Снова уснул и очутился во власти бушующего океана.
У дивана, на котором я спал, стояла одетая, умытая, причесанная Маринка.
— Дядя, у тебя болит головка?
— Нет, не болит, — пробормотал я в смущении.
— А почему ты кричал? Тебе приснился страшный сон? Да? — спросила она участливо. — А я сегодня во сне летала. Высоко-высоко, выше вулкана. И ни чутельки не боялась! Папа говорит: если летаешь во сне, значит, растешь.
Комнату озаряло редкое для Курил солнце. Стол был накрыт к завтраку.
— Кто же открыл ставни?
— Я сама! — ответила Маринка.
— Ты сама и чайник вскипятила?
— Разве можно! — удивилась Маринка. — Папа не велит мне зажигать керосинку, я могу учинить пожар. Чайник скипятила тетя Таня, наша соседка. Тетя Таня и печку истопила и камбалу поджарила.
Мы не спеша позавтракали, прибрали за собой.
Неожиданно Маринка вздохнула:
— А еще я видела во сне маму…
— Ты покажешь мне свои игрушки? Хорошо? — обнял я ее, желая отвлечь от печальных мыслей.
— Покажу… Потом…
За окном громоздились скалы, высился конус вулкана с желтовато-серым столбом дыма над кратером. И я подумал, как все же нелегко жить здесь, на голом, каменистом пятачке, окруженном вечно неприветливым океаном.
Вдруг в комнате как-то сразу все потускнело: на солнце наползла туча. С океана наплывали клочья тумана, конус вулкана как отрезало.
— Сейчас бус пойдет, — сказала Маринка. — «Старик» макушку спрятал.
