Заставь меня остановиться

— Что мясо?

— Сгорит, — тихо произношу я, сжав липкую ладонь в кулак.

— А я люблю с аппетитной корочкой, — шепчет мне в уголок рта, а затем дразняще медленно проводит губами по моим. Зарывается рукой в мои волосы и чуть оттягивает их назад. Ну блин, как так? Не отвечай, просто не отвечай. Пытаюсь представить перед собой поляну из жуков и других мерзких тварей, однако не помогает, особенно, когда ощущаю губы Лукьянова на своей шее. Ммм… приятненько. Гадство какое, что-то не выходит из меня неприступной девственницы. «Потому что перезрелая» — шепчет одна половина меня. «Потому что с Лукьяновым приятно» — шепчет другая. Ай, да ну на фиг, кого я обманываю? Это всего лишь поцелуй! Хочу и буду целоваться. А домой я и так уеду. Словно почувствовав мой настрой, Лукьянов оставил мою шею и снова прильнул к моим губам. Я же, недолго думая, разжала липкую ладонь и обхватила обеими руками его лицо. Усмехнулась в ответ на его усмешку и толкнулась языком ему навстречу. Вкусно. То ли от сладкого варенья, то ли от того, что… да просто вкусно. Не хочу ни о чем думать. Бешеные поцелуи, липкие руки и сердце, устроившее «аритмичный танец». Ну классно же!"

"Наверное, я бы и дальше балдюшничала, наслаждаясь этим моментом, но вдруг проснувшаяся разумная часть меня решила притормозить. И вовсе не от того, что рука Лукьянова, как и в прошлый раз оказалась на моей ноге. Просто продолжения сегодня и завтра точно не будет. Так зачем распалять мужика? Ну не совсем же я дура, в конце-то концов?!

— Богдан, — бормочу ему в губы, пытаясь отстраниться. — Все, все. Хватит. И вообще, там уже реально мясо сгорело, — с силой отцепляю от себя его руки.

— Дебил, — усмехаясь, произносит он, проводя пальцами по щеке, которую я измазала липкими руками.

— Мясо, — повторяю я, неловко отводя в сторону взгляд.

— Кто о чем, а Аня о жратве, — вновь усмехается. — Сок не забудь, — уже у порога произносит он.

* * *Не сказать, что между нами было какое-то напряжение во время трапезы, Лукьянов вел себя как обычно, ничуть не стесняясь есть руками мясо, да и вообще говорить на непринужденные темы, а вот я чуть стушевалась, когда окончательно поняла, что максимум в десять мне надо отсюда однозначно уехать. Признаваться в своей слабости, равно как и сдаваться на милость Лукьянову столь быстро, чтобы выглядеть в его глазах легкодоступной — не хочу.

— Завтра утром пойдем ловить рыбу, — увы, не пойдем.

— Ты что, рыбак? — идиотский вопрос, но промолчать еще хуже.

— Нет. Но в детстве часто ловили рыбу сначала с дедом, потом с отцом. Сейчас с этим проще, есть деньги — есть классная удочка. Особых навыков и не надо. А потом уху сварганим. Наваристую такую. Не любишь? — спустя несколько секунд интересуется Лукьянов.

— Люблю. Мне надо маме позвонить, я отойду.