1
0Во времена прежних пирушек этого количества хватало куда как на большее количество гостей.
Впрочем, во времена прежних пирушек одним только пивом бояре отнюдь не ограничивались.
— Бог милостив, — тряхнул головой князь, пытаясь выбраться из путающего мысли опьянения, подкравшегося так медленно, что он и не понял, с какого момента разум стал уже не столь ясным, а выводы — путаными и противоречивыми. — Бог милостив, и государя нашего в обиду не даст! С ним же и Русь выстоит, не пропадет.
— Слова истинного слуги! — внезапно громко поддержал его кто-то от дверей. — И не хотелось сегодня наказ государев на винопитие нарушать, да как же тоста такого не поддержать! Что скажешь, Иван Юрьевич? Поднесешь гостям по чарке ради такого случая?
— Это еще кто гаков, на угощение в чужом пиру напрашивается? — Настроение у Андрея было не лучшим, и он грозно поднялся, готовый встретить отпор и скинуть злость и тревогу в хорошей схватке.
В трапезную тем временем входили и входили добротно одетые бояре в зипунах, ярких цветастых кафтанах и даже халатах, крытых поверху шелком.
— А ты сам кто таков, заместо хозяина гостям отвечать? — расставил ноги самый низкорослый из всех, похожий на лесной сосновый пенек: неказистый, рябой и лупоглазый, но крепкий и устойчивый.
— Я, боярин, завсегда ответ держать готов.
— Подожди, подожди, Андрей Васильевич! — вскинулся Кошкин. — То люди добрые, верные слуги государевы! Из той самой тысячи избранной, что ты царю присоветовал.
— Ой ли, Иван Юрьевич? — усомнился князь. — Ни единого лица знакомого нет!
— Дык сколько лет прошло, Андрей Васильевич! Бояре, что с тобой к государю пришли, уж на отдыхе достойном давно, они же отцу твоему возрастом ровня!
— Так мы речи вести станем али длиной сабель мериться? — нетерпеливо переспросил коротышка.
— Не боись, сейчас я тебя укорочу, — покачивалясь, стал выбираться из-за стола Андрей. — За мной не заржавеет.
— Столы раздвиньте, други! — Коротышка расстегнул пояс, скинул кафтан.
— Какие столы? — покачал головой князь. — Без глупостей. Трапезную ломать и кровянить не станем. Нам же тебя тут еще поминать! На двор пошли.
— Какой двор, бояре?! — совсем растерялся хозяин дома.
