6
0
Ну а следующий снежок попал точно в попу, и я не сдержала возмущённого:
– Ву!
Только их светлость моим возмущением не проникся. Коварно улыбнувшись, он нагнулся, чтобы ловко зачерпнуть новую горсть снега и через миг вновь атаковать маленькую, ни в чём неповинную меня.
Пришлось отбиваться. И так как желания изобретать колесо не имелось, отбивалась я просто – при помощи драконьего огня!
Зрелище получилось интересным. Поглазеть на нашу «битву» не только прислуга, но и стража прибежала. И пусть вслух никто ничего не говорил, но я знала – уж кто, а ребята из гарнизона точно болеют за меня! Не зря же я с ними несколько недель по грязи оврага лазила…
А часом позже, когда я сменила форму и мы с Дантосом очутились в горячей ванной, прозвучал весьма закономерный вопрос:
– Любимый, а как ты на чердаке оказался? Ты же уехал. Я же сама тебя провожала.
– Как, – притягивая меня ближе, фыркнул блондинчик. – Просто чуял, что ты что-то задумала, вот и вернулся."
"Несмотря на отличное настроение и тот факт, что ничего против возвращения их светлости не имела, я наморщила нос. И невольно вспомнила строчку из пророчества – ту, в которой про нашу связь говорилось.
Ведь провидица из Рассветного обещала, что связь со временем усилится и однажды мы сможем понимать друг друга без всяких слов. И всё бы хорошо, но это же означает полное отсутствие каких-либо секретов и тайн. То есть ни одной, даже самой крошечной шалости. Ни одного, даже самого малюсенького сюрприза!
В этот раз телепатия сработала – об этом сообщил тихий смех их светлости. А через миг ушка коснулся ну о-очень щекотный шепот:
– Разве я против шалостей? Разве когда-нибудь мешал тебе развлекаться?
Тут же вспомнился кабинет в столичном особняке и мои ночные прыжки с дивана. А ещё курица, которую я Дантосу в постель принесла, и моя невероятно талантливая с точки зрения актёрского мастерства попытка утонуть.
Да-да, во всех этих случаях герцог Кернский был против! Более того, он та-ак ругался…
Уловивший мои мысли Дантос не выдержал и захохотал. Я тоже улыбнулась и расслабленно легла на бортик. А когда мой сероглазый тиран успокоился, решилась поднять ещё одну, но уже серьёзную тему:
– Любимый, я приказала перенести портреты твоих предков с чердака в гостиную. Я бы хотела показать их реставратору и снова повесить на стены.
Сказала и внутренне сжалась – действительно не знала, как он среагирует. Ведь с момента отставки регента прошло несколько лет, и возможность навести порядок была, и тот факт, что Дантос ею не воспользовался – настораживал.
Но собеседник не вспылил, и даже не напрягся.
– Знаю, – ровно ответил он. – Жакар рассказал, когда мы на чердак бежали.
